Книга Отчим. Ближе, чем можно, страница 40 – Мария Зайцева

— Как вы себя чувствуете? — спросила женщина, внимательно глядя на меня.

Мишка, почуяв новых слушателей, заорал.

Я указала на ребёнка, лежащего в комнате.

— Я в норме. Его посмотрите.

Женщина кивнула и протянула мне таблетки.

— Это растительное успокоительное. — объяснила она, — привыкание не вызывает, можете выпить, если почувтсвуете необходимость… Все же, стресс серьезный.

Она быстро надела бахилы, прошла в ванну, вымыла руки и поспешила к ребёнку.

Мишка тут же заткнулся. Предатель.

Я слышала, как он жалуется ей.

Врачиха у него что-то спрашивала, он так агукал обиженно, так всхлипывал, что всем было ясно — нас с Назаром презирают и обвиняют во всех смертных грехах.

— Давно кормили? — поинтересовалась врач у меня.

— Нет, сейчас буду, — крикнула ей с кухни.

Я чуть подумала и все же заглотнула таблетки для успокоения нервишек. Кто его знает, как оно потом вылезет? На эмоциях-то кажется, что все зашибись, а потом депрессия накроет…

Пришла в комнату с бутылкой. Ребёнок полностью был раздет. Врач его везде трогала, поглаживала, слушала. Мишка лежал на животике, вроде вёл себя хорошо.

— Ребёнок здоров. Покормить и уложите, можете приоткрыть форточку.

«Да, конечно, без вас не разберёмся», — ревниво подумала я, но вслух этого не сказала.

Я её подвинула и быстро начала Мишу одевать.

Он уже не кричал, вообще, чувствовалось, что успокоился.

Правду говорят, дети чувствуют общий нервяк. И добавляют в него своего.

Врач ушла, а я покормила Мишку, а потом вместе с ним завалилась на постель.

Мы вырубились мгновенно, и это было хорошо…

А то реально никаких нервов не хватит…

* * *

Миша проснулся первым. Но проснулся счастливый и хороший, увидел свою комнату, в которой привык просыпаться, и мирно угукнул, оповещая весь мир о своем пробуждении.

Я сонно зевнула, взяла телефон, переполненный сообщениями, оказывается.

Все это время звук был отключён, поэтому я многое пропустила.

«Все хорошо. Сегодня приедет Захар. Открой ему дверь», — написал Назар.

Вот… Ещё и Захар. Он-то зачем приедет?

Что ему надо?

И тут же позвонили в дверь.

Мишу я на кровати оставлять опасалась, он переворачивался и мог упасть. Поэтому я его взяла, аккуратно положила в люльку, раздела наполовину и включила мобильку, с движущимися игрушками и приятной мелодией.

Сама побежала в прихожую, на ходу приглаживая волосы. Посмотрела в глазок, на лестничной клетке стояли незнакомые мужчины.

— Захар! — крикнул один из них.

Что сделаешь, такие квартиры — если хорошо крикнуть, то все будут в курсе.

Я открыла дверь.

Захар.

Два чувака за его спиной разошлись в стороны. Парень, которого я уже знала, спустился. А другой — шкаф два на два, явно телохранитель, наоборот, поднялся.

Захар шагнул ко мне в квартиру, и я посторонилась, чуть-чуть офигев от увиденного. Очень уже слаженно команда работала, блин!

Захар был такого же роста, как и Назар. И похож внешне, пусть и без бычьей брутальности, присущей его брату.

Высокий, широкоплечий, одет в сумрачный блейзер с закатанными рукавами. Чёрные джинсы с красивым кожаным ремнём.

В руках он держал большую сумку, похоже, детскую.

Я поразилась, насколько Мишка был на него похож! Куда больше, чем на Назара, удивительно даже!

Эти глаза красивые, тёмно-карие и немного миндалевидные. Короткая стрижка и на висках седина, благородная такая. Я впервые видела человека, которого седина ничуть не портила. Возможно, из-за отсутствия глубоких морщин на классическом, аристократическом лице с римским профилем и губами, фигурными в чётком контуре. И скулы высокие, с провалившимися щеками придавали ему задумчиво-изнемождённый вид.