Книга Джинн из кофеварки, страница 26 – Леон Монтан

Глаза начальника мгновенно расширились от шока. Дамир не ломал ему кости. Он просто пожал руку с такой спокойной, первобытной мощью, что Эдуард вдруг очень четко осознал свою смертность. Хватка была обжигающе горячей.

— Э-эдуард Генрихович, — пискнул он, пытаясь вырвать руку. Дамир держал ее еще секунду, наслаждаясь паникой в глазах собеседника, а затем брезгливо отпустил.

— Валерия много рассказывала о вас, Эдуард, — Дамир изящно поправил манжету. — Она упоминала вашу... забавную склонность к неэффективному управлению бюджетом.

Лицо Эдуарда пошло пятнами. Менеджеры за его спиной переглянулись и замолчали.

— Что простите? — выдавил начальник. — Да я руковожу всем отделом...

— В моей компании, — мягко, почти ласково перебил его Дамир, наклоняясь ближе, — людей с вашим уровнем компетенции обычно отправляют на... глубокую реструктуризацию. Мы не терпим слизи в нашем механизме. Мы ее устраняем. Окончательно.

Он произнес корпоративные термины, которые они с Лерой репетировали утром, но интонация была такой, словно он рассказывал о древних пытках в подземельях Вавилона. Эдуард нервно сглотнул. Он не понимал, кто перед ним, но его животные инстинкты орали: «Беги!».

— Э... ну да, бизнес есть бизнес, жесткая среда, — пробормотал Эдуард, пятясь назад и наступая на ногу своему подчиненному. — Приятно было познакомиться. Валерия... э-э-э... Валерия Сергеевна, отличный вечер, отдыхайте.

Он развернулся и практически сбежал к барной стойке, стараясь больше не смотреть в их сторону.

Лера стояла, приоткрыв рот. Это было гениально. Ни грамма магии, ни одного ругательства. Чистое, дистиллированное психологическое доминирование.

Дамир повернулся к ней, и его ледяной взгляд мгновенно потеплел. Он чуть склонил голову набок, как верный пес, ожидающий похвалы.

— Я правильно применил термин «реструктуризация»? — тихо спросил он.

— Дамир... — Лера с трудом сдерживала улыбку, переходящую в восторженный смех. — Ты только что реструктуризировал его нервную систему. Это было... восхитительно.

Ифрит довольно хмыкнул и снова предложил ей локоть.

— Я быстро учусь, моя госпожа. А теперь, полагаю, по правилам этого ритуала мы должны употребить отравленную воду с пузырьками?

— Шампанское, Дамир, это называется шампанское. И да, я определенно заслужила бокал.

Они направились к фуршетному столу под перешептывания коллег. Лера впервые в жизни шла по залу, полному людей, и не чувствовала желания спрятаться или стать невидимой. Наоборот. С этим древним духом под руку, в его идеальном костюме и с его непрошибаемой уверенностью, она чувствовала себя так, словно сама могла повелевать ветрами.

А владыка пламени, попивая игристое вино смотрел только на нее. Его план по порабощению смертной трещал по всем швам. Потому что с каждой минутой, проведенной рядом с ней, ифрит все больше понимал, что в рабство медленно, но верно попадает он сам.

Шампанское в «Золотом Павлине» на вкус напоминало газированный яблочный сок с легким оттенком картона, но Лере сейчас казалось, что она пьет нектар.

Они стояли у фуршетного стола. Дамир с выражением глубочайшего антропологического интереса и легкой брезгливости разглядывал канапе с икрой неизвестного происхождения.

— Вы, смертные, удивительны, — вполголоса произнес он, взяв со стола тарталетку и подозрительно принюхиваясь. — Вы достигли звезд, придумали сеть, передающую знания по воздуху, но продолжаете добровольно употреблять в пищу тостовый хлеб, намазанный рыбьей слизью. Это наказание за грехи?