Книга Мёд горьких трав, страница 81 – Диана Ва-Шаль

Дэниел не спрашивал – больше чем за два года он не позволил себе ни разу ни вопросом, ни взглядом напомнить Макензи, что он осведомлен о её.. отношениях с принцем, – но в тот вечер Азалина видела, что командир тревожится о её присутствии на мероприятии. О том, как она его воспримет. Пытаясь незаметно подбодрить Макензи, умудрился даже сказать, что из всех девушек она самая привлекательная; что все эти пастельные платья и костюмы просто убожество, но вот Азалина в черном – самая яркая и эффектная. Беннет был её эмоциональной подушкой безопасности – как и всегда, как и для каждого своего бойца.

Несколько раз за вечер к Макензи подходил Уильям, всё пытался пригласить девушку на танец, осыпая комплиментами. Азалина раз за разом отвечала, что не танцует. Наконец Лэйтер не выдержал и процедил сквозь зубы:

— Исключительно со мной? Или со всяким, чья фамилия недостаточно венценосна? – он ухмыльнулся, хотя Макензи не выказала никакой эмоции, кроме легкой насмешки. – Слухи разные ходят, достопочтенный горгоновец…

— Так продолжай их собирать, Билл. Ты ведь жнец, это всё, что тебе остаётся.

Заметив подходящего Беннета Лэйтер спешно ретировался, но и самого Уильяма увидел Дэвид.

Принц, откланявшись приятелям, миновал девушек, ожидающих его приглашения, подошел к "Горгоне".

— Достопочтенные горгоновцы, – и Дэвид склонился в полупоклоне в пояс, чем вызвал прокатившийся обескураженный вдох по рядам собравшихся и праведный шок на лицах самих горгоновцев. Военные вслед за командиром поклонились, приветствуя Весселя; Беннет же, в равной мере озадаченный и взбешенный жестом Дэвида, даже произнести ничего не успел. – Позвольте украсть одного из ваших бойцов на танец, – и принц протянул руку Азалине.

— Я не танцую, – отозвалась та негромко, ощущая, как волнение накатывает волнами, смешиваясь с неясным чувством беспокойства.

— Леди Макензи, неужели вы мне откажите? – решительно произнес Дэвид, не опустив руки. Взгляд пронзительный, испытующий, твердый.

Девушка, выдохнув, взялась за протянутую ей Весселем руку, и тот направился с ней в центр залы. В тот момент Азалине казалось, что мир вокруг смазался и посыпался. Она волновалась. Она, не испытывающая ропота на поле боя. Не дрожащая в самые паршивые моменты. Не страшащаяся демонов Государства. Просто это было неправильно. Всё, что связано с Дэвидом, было чертовски неправильно. И его приглашение на танец тоже неправильно.

Они оказались в центре, окруженные расступившимися людьми – главный виновник мероприятия впервые за вечер танцуют с дамой вне своей семьи, – и Вессель крепко прижал Макензи к себе. Руку в руке. Глаза в глаза. И на лице Дэвида не было привычной ухмылки, не крылось иронии во взгляде. Мужчина – серьезен и сосредоточен.

— Зачем так поклонился? – прошипела Азалина ему на ухо. – Что за паясничество? Почему ты это сделал?

— Потому что я могу себе это позволить.

Заиграла музыка, и Вессель повёл. Каждый шаг, каждый поворот – внезапное испытание, когда Макензи приходилось чувствовать себя ведомой, легкой в руках Дэвида.

— Решил показать отцу характер, пригласив девушку не "из списка"? – колко произнесла горгоновец. – Чего стараешься добиться этой провокационной выходкой?! Или меня уязвить решил?! – Дэвид, поигрывая желваками, молчал, и во время очередного поворота танца Азалина незаметно для других ударила его ладонью по плечу. – Ответить нечего, ваше высочество?!