Книга Мёд горьких трав, страница 27 – Диана Ва-Шаль

Тереза прибыла в Штиль с неделю назад: проведать внука по собственному желанию, проконтролировать принца – по воле Дамира. Не мог же, в конце концов, Главнокомандующий направить жнецов проверить состояние своего сына. Наблюдала, сопровождала, помогала… И уже неделю не могла начать диалога, гложившего ее сердце и душу. Только набирала в грудь воздуха, дабы разразиться тирадой, и тут же заставляла себя молчать, глотая негодование.

Но в тот миг, глядя на Райана, терпение в ней отчего-то кончилось.

— Нет, довольно отмалчиваться! – Тереза отбросила вышивку в сторону, а Райан лениво обернулся к женщине. Духота сковывала, воздух обжигал, и у мужчины не было ни малейшего желания выслушивать причитания и нотации. – Райан, путь жнеца – не твоя дорога. Ты рожден для великих дел, но не для того, чтобы служить в рядах тех, кто преследует и казнит; оставь это своим подчиненным, играй ими, как куклами, но не марай рук сам. К чему это всё? Ты всё больше и больше вязнешь в делах и работе политсыска. Чего ты хочешь добиться? Возглавить эту структуру? Что за мелкие желания? – взгляд ее был строгим, а голос – твердым. – Когда ты закончил военную академию и ушел на службу, на твоих устах были иные мечты.

— Да. Были. Но я быстро осознал, что жить иллюзиями – дело неблагородное, – Райан осушил залпом бокал. – Жуткие мертвецы остались в сказках Севера. Великие битвы ушли в небытие. Не суждено мне стать прославленным воином, не выиграть мне грандиозных кампаний. Рэм – наследный принц, заслуживающий своего места и работающий круглосуточно; его многие любят, еще больше – уважают. Он на хорошем счету в армии, что важно для Главнокомандующего… Дэвид к военной сфере холоден; строит свою бизнес-империю, открывает казино и бары, и успешен, при этом остается правой рукой Рэма. Шонни – главная звездочка для создания красивой картинки монарших семей в общественном сознании. Что остается мне? Быть верным Государству. Быть верным заведенному здесь порядку. Карать оступившихся, разыскивать врагов, надевающих маски верноподданных. Жнецы – оплот преданности людей, база их страха. И жнецами нужно управлять.

— Ты идеализируешь облик жнецов.

— Мы все пытаемся обернуть бессмысленную жизнь в осмысленную привлекательную картинку, – Райан тяжело поднялся с кресла, подходя к столику с графином вина и фруктами.

— Хорошо, ладно. Но зачем избираешь путь дознавателя? Система жнецов обширна, подразделений великое множество…

— Хватит, Харитина. Я не желаю боле слушать.

На недолгое время воцарилось молчание.

— Мой мальчик, почему ты пытаешься спрятаться в тенях? – проговорила Тереза совсем тихо. – Жнецы – призраки. Они стирают свои личности, становясь лишь призраками величия Государства. Тебе должно светить. Ты был рожден светить. Ты верен Государству, но зачем тебе отдавать ему свое лицо? Зачем быть его видением? – в голосе женщины скользнула укоризна. – Ты избран богами, Райан. Я помню день, когда ты родился. На небе явилось знамение, солнце померкло на долю мига… – Тереза говорила непозволительные вещи. Тереза смела упоминать мертвую веру. – Твоя богоизбранность не дает тебе права на безрассудные поступки. Судьба проведет тебя по нужной тропе…

— Судьбы не существует, Тереза, – грубо прервал женщину Райан. Он чувствовал, как жаром обдало его лицо; слышал, как кровь шумела в ушах. – Все, что происходит – наших рук дело. Мы сами пишем свою жизнь.