Книга Мёд горьких трав, страница 29 – Диана Ва-Шаль

"Удачный союз, – перешептывались в Государстве, – Дамир организовал еще одну выгодную помолвку".

Волны длинных темных волос Шонни украшали терракотовые цветы – дань уважения Западным землям, куда дети Вессель прибыли. Обута в туфли на неизменно высоком каблуке; девушка привыкла к такой обуви. Братья еще в юношестве обогнали ее на полторы-две головы, и Шонни всячески стремилась даже визуально быть с ними наравне. Но то, в чем она безусловно обогнала каждого из братьев – лучше всех держалась в седле. Ни Рэм, Ни Дэвид, ни Райан не могли похвастаться особыми навыками верховой езды, зато для Шонни скачки становились и личным праздником, когда на закате она подолгу гарцевала на собственной лошади.

В правой ложе сидели дети Властителя и Посла Небесного: Райан мог различить Ингвара Шуста и Говарда Хварца. От второго, почему-то, у Райана бежал мороз по коже. И от осознания этого становилось дурно. Говард редко появлялся на светских мероприятиях. Был нелюдим, но слыл одним из самых умных людей в столице.

Хварц, словно почувствовав, обернулся. Пронизывающие взгляды скрестились.

Удар сердца.

Младший Вессель спешно отвернулся, смотря на экран сенсорных многофункциональных часов. Проверил, нет ли уведомлений от Уильяма. Лэйтер оставался в Мукро, работал активно; в столичном отделе дознания происходила пертурбация кадров, и мужчина старался выиграть при перестановках, заняв должность повыше и позначимее.

Дэвид, поднявшись, поприветствовал Шонни и Милдреда, завел сразу легкую беседу, а погруженный в мысли Райан ограничился кивком головы.

Дэв мог прятать волнения за маской. Райану сдерживание эмоций давалось труднее.

Перемены коснулись не только отдела дознания, но всей структуры жандармерии жнецов в Мукро: все дело в том, что месяц назад на Рэма было совершенно покушение – хвала Матери, неудачное. Рядом с кронпринцем находилась на тот момент пара горгоновцев, которые смогли защитить наследника и схватить нападавшего. Вместо Рэма пулю поймал Томас Легран – он отделался ранением и больничным на два месяца, – но это не отменяло факта произошедшего инцидента. Жнецы, конечно, свою работу выполнили безукоризненно: информация о случившемся оказалась тут же подчищена, слухи не расползлись даже по столице. О покушении знала лишь семья Вессель, группа "Горгона" и пара десятков жнецов, задействованных в решении "проблемы", но…

Но сам факт покушения.

Дамир был в бешенстве. Усиление охраны следовало провернуть аккуратно, особо не посвящая полицию и уж тем более не позволяя узнать о чем-то верноподданным. Семья монархов неприкосновенна, народ исключительно любит и уважает её, иного быть не может; не может быть покушений, не может быть недовольных, нет черных пятен на белых стенах Мукро. Увеличилось количество телохранителей и гвардейцев-защитников. Нападавший – допрошен жнецами; им оказался особо страстный сторонник власти Трех, которому поведение кронпринца казалось разрушительным для Государства. Фанатизм губителен и страшен. Оперативники начали проводить внутренние расследования, и каждый из них чувствовал давление.

Райан знал, что ситуация требовала спокойствия, максимальной концентрации и хладнокровия, но его эмоции не хотели поддаваться контролю. Страх за жизнь, испуг за брата, недовольство работой телохранителей – дилетанты, – перерастали в гремучую смесь, угрожавшую взорваться в любой момент.