Книга Температурная кривая, страница 64 – Фридрих Глаузер

— Это замечательно, что господин инспектор снова в Париже! Господин инспектор Штюдере… Я так часто спрашивал о Вас, – говорил Годофрей и порхал как цветная птица. – Но с позавчерашнего дня «патрон» очень зол на Вас, инспектор.

Да, подумал Штудер, это он уже заметил. Маделин внезапно исчез.

— Что же все-таки произошло?

— Политика! – убежденно прошептал Годофрей. И еще тише добавил, что Штудер сам во всем виноват.

— Я? – удивился вахмистр. – Это почему же?

— Есть подозрение, что Штудер шпионит в пользу Германии…

Тут Бернский инспектор рассмеялся, но это не был смех от души. Это был фарс!

Вот почему за ним следил мужчина в котелке! Маделин велел ему наблюдать за ним, за вахмистром Штудером?.. Невероятно!..

Годофрей подкрался к двери, прислушался и рывком открыл ее – как в кино. Снова закрыв дверь, Годофрей вернулся; он подмигнул как заговорщик, и Штудер приблизил свое ухо ко рту маленького человечка. Годофрей зашептал:

— Вы спрашивали о братьях Маннесман. Этого оказалось достаточно… совершенно достаточно… больше ничего не требовалось… Собственно, о чем Вы просили узнать Маделина в военном министерстве? О деле братьев Маннесман? Об этом даже и думать нельзя!..

— Зачем ему нужно дело? Да, ему, комиссару криминальной полиции Маделину?.. Ах, для друга? Швейцарского вахмистра? Из Берна?.. Естественно, немчура! Даже не думай об этом! Ни в коем случае!.. – Да, вот так патрона отчитали в министерстве!

Он замолчал. А Штудер рассеянно подумал, что он разворошил осиное гнездо… Неприятно…

Малыш продолжал болтать.

— Сядьте, инспектор. Вы действовали необдуманно. Почему Вы не пришли к Годофрею? Годофрей знает все. Годофрей – это ходячая энциклопедия. Годофрей знает все уголовные дела родной страны и заграницы. От дела Ланду до дела Риедель-Гюала, и что – Годофрей не знает дела Маннесманов? Инспектор! Почему Вы пошли с этим к патрону?

Штудер зажег Бриссаго и смаковал ее. Самым разумным сейчас было молчать и дать малышу высказаться.

Годофрей продолжал: Он работал год назад с делом о шпионаже в военном министерстве. И там дело Маннесманов случайно попало ему в руки.

— Имя бросилось мне в глаза, так как в моей работе я использую трубки Маннесмана. Так называются специальные контейнеры – Вам, пожалуй, это может пригодиться – в которых хранят газы под высоким давлением. Тогда я заинтересовался, не идет ли речь о родственниках этого Маннесмана, и пролистал дело. Да, сначала только пролистал, а потом внимательно прочитал… Два брата, якобы швейцарца.

— Я все это знаю, – прервал его Штудер. – Они занимались разведкой месторождений свинца, серебра, меди и были расстреляны тогда за государственную измену…

— Все так, – сказал Годофрей. – Но Вы, однако, не знаете следующего: Они хотели купить земельный участок и везли в своем багаже много золотых и серебряных слитков, поскольку арабы недоверчиво относились к банкнотам. Когда их арестовали и расстреляли – проверили их багаж. Но денег там уже не было.

Годофрей сделал паузу, чтобы дать его рассказу произвести должный эффект.

— У братьев Маннесман не было счета в Алжирском Банке, поэтому тогда предположили, что они где-то спрятали деньги. Офицер из Второго Бюро, Вы знаете, что такое Второе Бюро – это Второе Разведывательное Управление Генштаба – переоделся арабом и отправился к геологу Клеману, так как этот человек работал с Маннесманами и был также тем, кто их выдал. Генерал Лиотей был разъярен, потому что ему нужны были деньги для его колонии. Он считал, что смертный приговор слишком быстро был приведен в исполнение. «Почему не было допроса?» – кричал он. Но было уже слишком поздно. Офицеру Второго Бюро понадобилось два месяца, чтобы найти геолога Клемана. Вы, конечно, знаете, что он был вашим земляком, инспектор? Да?.. Хорошо. Офицер расспрашивал Клемана, но тот ничего не сказал. Геолог тогда находился в окрестностях Гурамы, он искал нефть и уголь. Кроме того, там действовали несколько печей по выплавке свинца, которые построили братья Маннесман. От Клемана ничего нельзя было добиться. У него был швейцарский паспорт и, кроме того, еще и бельгийские документы. Бельгийцы были нашими союзниками. Клеман сказал, что он приобрел недвижимость в Швейцарии, чтобы иметь возможность беспрепятственно ездить в Германию. Он утверждал, что только в Германии имелись машины, которые ему были нужны. Поскольку он разоблачил обоих Маннесманов, офицер поверил ему. Кроме того, Клеман был очень популярен среди аборигенов той местности… Офицер Второго Бюро вернулся ни с чем.