Онлайн книга «Температурная кривая»
|
Штудер сидел, упершись локтями в бедра, руки сложены. «Иностранный Легион! – подумал он. – Неужели на старости лет я, наконец, увижу Иностранный Легион?» После паузы он уверенно сказал: — Пусть пока он станется там, где он есть. Я буду… – Но он не закончил предложение. Было ли это предчувствие? Внезапно ему показалось, что это было бы опрометчиво открыть комиссару Маделину, что он собирается поехать в Африку. Он встал. — Итак, сегодня вечером у тебя… – и он пожал Маделину руку. – Где жил Коллер в Париже? Маделин покопался в ворохе документов на столе. Наконец, он вытащил маленький листок: — Улица Дагерре 18… На самом верху Монпарнасса. Поднимись по бульвару Сен-Мишель, пока не дойдешь до льва. И улица Дагерре будет рядом. Удачи, старина. До вечера. Вечером в восемь часов в квартире Маделина было темно. Штудер звонил, звонил… Никто ему не открыл. Тут он подумал, что он не так понял комиссара и пошел к Халле, в ту маленькую кофейню, где он познакомился со священником. За стойкой стоял тот же трактирщик с засученными рукавами рубашки, и его руки были толщиной с ляжки нормального человека. И опять Штудер ждал, ждал. В полночь он сдался. В своем гостиничном номере он безуспешно пытался уснуть. На белом стеклянном абажуре лампы был прикреплен фиолетовый кусок шелка квадратной формы, на углах которого висели коричневые деревянные шары. Это напомнило вахмистру кухню Софи Хорнусс в Берне. Он лежал на кровати, положив руки под голову и пристально смотрел на свет. Впервые он подумал о второй странной стороне этого дела. Первая была в том, что дело было «нешвейцарским», – или лучше сказать, иностранно-швейцарским. А вторая – борьба с тенями! Тень мужчины, который смеялся над ним по телефону, тень капрала-ясновидца, тень геолога Клемана, Алоиза Виктора, который, возможно, был, – хотя это еще не доказано – идентичен со студентом философии Коллером из Фрайбурга. Тени двух старых женщин, которые умерли такой странной смертью. Призрачными были также и вещи, которыми нужно было заниматься: миллионы, закопанные в Гураме, разложенные карты с пиковым валетом, письма – желтый конверт, в котором капрал Коллани послал температурную кривую, а также записка Мари. Призрачным был Бьюик БС 3437 вместе с высоким мужчиной, который стоял рядом с ним ночью, перед домом в Герехтигкайтгассе. От гостиничной лампы с абажуром мысли Штудера переместились к помятым жестянкам… Две кухни… И Штудер задумался об этих кухнях. Это был кошмарный сон, тяжелый и наполненный страхом. Штудер оказался в одиноком оазисе, но он знал, что оазис не был пуст. В нем обитало Существо, нe человек, нe животное, которое, стоило кому-то случайно забрести сюда, прыгало на голову несчастного и загоняло его до смерти. Вахмистр, наклонившись, боязливо пробирался под ядовито-зелеными пальмами. А Существо уже сидело на его голове и своими сухими бедрами сжимало Штудеру шею. И Штудер застонал. Появился oтец Маттиас, он держал в руке крест и кричал: «Изыди, Сатана!» Но Существо не обращало внимания на заклинания, оно сидело на голове Штудера и вахмистр должен был бежать рысью. Его мучила жажда. Отец Маттиас исчез, но вместо него появились умершие старые женщины, и у одной из них была бородавка рядом с левой ноздрей, в то время как тонкие губы второй были растянуты в насмешливой улыбке. Они кружились в бешеном танце, как ведьмы… Штудер упал на землю, но то, на что он упал, была не земля, нет, это был кафель… |