Книга Чёрное лето, страница 50 – Антон Панарин

Сколотили форму из досок, залили эпоксидкой. Начали отливать решетки. Развели на автобазе костер, в банках из-под тушенки, расплавили свинец и залили в формы, вычерченные на земле. Примесей получилось много и при попытках очистить решетки сломались. Снова переплавили, вырезали в доске форму решетки, залили. Повторили действие еще тридцать раз. Разъемы для подключения нагрузки взяли от сплавленного КАМАЗовского аккумулятора. Осталось сделать верхнюю крышку и залить кислоту. Как и говорили водилы, пролюбились мы очень долго. Первый образец мы удачно угробили. При второй попытке залили сразу четыре заготовки для крышки аккумулятора. Только третья из них оказалась законченной и подошла для наших нужд. Хорошо, выглядело это отвратно, признаю. Но короб воду не пропускал! Крышка садилась в короб отлично! Поставили отлитые пластины и сепараторы в пазы. Пролили крышку клеем, установили на короб. Сутки спустя проверили, сидит намертво. Всё готово. Только я не знаю пропорций разведения кислоты для получения электролита. Да и не мои это проблемы. Кинули заготовку аккумулятора и канистры с кислотой в прицеп, поехали на ВЭС.

Местные алхимики замешали кислоту с дистиллированной водой. Залили в аккумулятор и поставили заряжаться. ВЭС тока вырабатывала порядком, пяти часов хватило для того, чтобы забить банки аккумулятор до плотности в единицу. На следующий день притащили механика и начались пусконаладочные. Аккумулятор ток выдавал, КАМАЗ даже завелся, но орал как резанный. То форсунка прогорела, то свечи заливает, то сальник потек. Вернулись к бесконечной беготне по автомагазинам. Пришлось разорить еще два магазина прежде, чем мы нашли всё нужное. Зверь на ходу! Я вроде рад, но больше затрахан. Хочется уже расплатиться с этим механиком и не видеть его больше никогда. С горем пополам уложились в две недели.

Пашка нашел банку с красной краской и на двери написал «КБЧ-1». А ниже попытался нарисовать череп, но вышла какая-то недолампочка с подтеками краски по всей двери.

— Паш, а что за КБЧ-1?

— Макс, это твой товарный знак. Конструкторское бюро Черепанова, экземпляр первый.

Звучит, конечно, громко, но приятно. Пашка увидел мою довольную лыбу, засмеялся и похлопал меня по плечу. Загрузились в КБЧ-1 и поехали в управу. Захар выклянчил право первым прокатиться. Эх, лучше бы мы послали его. Ели доехали. Он то начинал топить по безлюдным улицам, то крутить руль как деревенский дурачок. Асфальт уже запорошил снег и каждое торможение пускало машину в неуправляемый занос. Было весело? Очень! Но до первого заноса, потом меня так усадило спиной о металлическую стойку КАМАЗа, чуть позвоночник не осыпался. Пронеслись по Московскому проспекту, чуть не сбили бабку. Паша отвесил Захару леща, замалым не перевернулись, когда Захар от удара дернул рулем. Орали как бешенные. Эта гонка хоть и была на грани жизни и смерти, может не нашей, а бабкиной, например, но было в ней что-то такое ребяческое, бесшабашное. Как будто встретился со старыми друзьями идиотами и не зная никаких забот сходим с ума. На улицу выбегали люди с удивлением провожали нас взглядом. Мысль что всё начинает налаживаться разносилась по городу вместе с ревом мотора КБЧ-1.

Захар влетел на площадь Ленина, и чуть не пусти памятник плешивого в расход. Затормозил со свистом у самых порожков управы и трижды просигналил. Мы вывалились из машины, замкнув её предварительно. Народ начинал стекаться на площадь что бы убедиться в реальности аппарата. Нам не пришлось сидеть в очереди к генералу, ибо он сам вылетел из кабинета и улыбаясь сгреб нас в охапку и потащил в свой кабинет растолкав толпу просителей. А дальше всё как в армии, инициатива любит инициаторов.