Книга Чёрное лето, страница 137 – Антон Панарин

В стороне стоял с солдатней Захар и рассказывал во всех красках, как мы тут победу побеждали.

— А я ему такой «Гони на право!» мы их в фарш перекручиваем, а я песню ору «Войну придумай! Придумай нам врага! И смерть что рыщет в трёх шагааааах!». А потом гранаты в нас, а мы…

Ооо, подвиг пошел в народ, скоро станем частью местного фольклора. Ну хоть одна затея не провалилась. Интересно как психика переключилась, было страшно, потом было противно, когда на гусеницы людей наматывали, потом снова страшно, когда подожгли, так и вовсе с жизнью попрощались, после бомбежка и вообще сердце в пятки ушло. А сейчас как-то разом отпустило, даже эйфория какая-то накрывает понемногу. А Захара с головой накрыла.

Через пол часа вернулись грузовики за новой партией рабынь. Ребята Стаса рассредоточились по местности и заняли огневые позиции, на случай если ГБРовцы решат поквитаться. Я попрощался с Андреевым, схватил за шиворот Захара и потащил к грузовику. Настало время отправляться к генералу с повинной. Пусть идея и выстрелила, причем не нам в голову, но нарушение субординации дело такое, требует наказания.

Грузовики остановились у городской поликлиники № 3, выгрузили девиц и нас с Захаром попросили удалиться. Благо поликлиника была у заставы, а от неё идти до нашего конструкторского бюро всего ничего, минут десять и на месте.

Прогулялись, день солнечный. Как будто небо нам всем своим величьем говорило: «Вот вам просвет! Держитесь! Скоро станет легче!». И знаете, я верю, действительно скоро станет легче, уже стало. Наша армия разрывалась на три фронта, а теперь всего на два. Это значит, что тридцать процентов войск могут рассредоточиться на два других фланга увеличив там численность наших бойцов в половину! Нет, я безусловно не жду что будет легко, что мы без крови сможем победить. Но сейчас я хотя бы вижу, что появилась такая вероятность. И это меня радовало. Настроение было отличное!

Не успели мы войти в конструкторское бюро, как нас тут же обступили. Наши инженеры начался опрос. Как? Чего? Вы больные? А если бы? Я отделывался общими фразами, обещав чуть позднее всё рассказать во всех подробностях. А Захар как обычно увлекся и решил здесь и сейчас выложить всё что видел и даже больше. Как он говорит: «Я не вру! Я немного делаю историю интереснее!». Я прыгнул в УАЗ, на заднем сидении стоял мой автомат и какого-то черта там же был дробовик Захара. Перед тем как запечататься вместе со мной в танке, закинул свой ствол в тачку? Вот идиот, а потом еще меня обвинял что я не взял оружия, хотя сам такой же. Развернувшись, я посигналил, разгоняя толпу.

— Захар, запрыгивай, потом лясы точить будем. Мужики, извините, чуть позже, как и обещал всё расскажем. Захар с литературными отступлениями, а я правду расскажу.

— Э! Ты чё хочешь сказать? Что я лапшу на уши вешаю моим братишкам?

— Хочу сказать, что у тебя слишком много увкуснителей в истории. Поехали.

Инженеры нехотя нас отпустили, и мы помчались к управе. Правда мчаться пришлось не долго. Проехав километр, мы наткнулись на аномально огромное скопление людей. Сигналить было бесполезно, даже если нам хотели уступить дорогу, то многим из пешеходов не куда было отступать, так как толпа была невероятно плотно спрессована.

— Вылезай, пойдем пешком. И возьми с собой ствол на всякий случай.