Книга Император песчаных карьеров. Том 1, страница 42 – Антон Панарин

Пока Кашкай купался, я обследовал мешок с награбленным. Куча хлама и — о чудо! — пара грязных, потрёпанных халатов! Я тут же натянул один на себя, и он оказался велик, но это было не важно, главное дойти до лавки и купить новую одежду. Рядом с мешком лежал рюкзак Даура, полный останков тварей, которые воняли похлеще, чем мы с Кашкаем ещё пять минут назад.

Даур вернулся, когда мы уже закончили банные процедуры. Выглядел он озабоченным и немного напряжённым, что не предвещало ничего хорошего.

— Чёртов старейшина, как назло, сегодня не пьян, — сказал он. — Идёмте. Нужно быстрее продать товар, и я вас покину, пока мне не отсекли голову.

— Смотрю, ты очень популярен в своём племени, — пробормотал я.

— Ты даже не представляешь, насколько, — вздохнул Даур.

Мы пошли через лагерь, и я невольно разглядывал окружающее. Шатры были сделаны из плотной ткани, натянутой на деревянные каркасы. Некоторые украшены вышивкой и узорами, другие простые и функциональные. У каждого шатра горел свой костёр, вокруг которого сидели семьи.

Женщины готовили еду, мужчины чинили снаряжение, дети играли с собаками. Обычная жизнь кочевого племени в обычный вечер. Никто не обращал на нас особого внимания после того, как мы помылись, разве что бросали любопытные взгляды.

Шатёр торговца находился рядом с большим костром. Он был больше остальных и украшен гораздо богаче, с вышитыми золотыми нитями узорами на ткани. Перед входом стояли двое охранников с копьями, и они кивнули Дауру, пропуская нас внутрь.

Внутри шатра было просторно и удивительно комфортно. Пол устлан коврами, по периметру разложены подушки, в центре горела жаровня, над которой висел медный чайник. У дальней стены сидел старик, опираясь на посох.

Следующие полчаса прошли в суете продажи органов химер. Даур вытащил из рюкзака склизкие железы, светящиеся глаза и выломанные когти, разложил всё это на куске ткани перед старцем. Торговались долго, активно жестикулируя и периодически повышая голоса, но в итоге сошлись на цене.

Я увидел, как из кожаного мешка торговца в руки Даура перекочевала увесистая горсть монет. Медных, серебряных и даже пара золотых, которые блеснули в свете факелов. Пока они торговались, Кашкай, улыбаясь, попытался украсть керосиновую лампу. По крайней мере, эта лампа очень была похожа на керосинку.

— Положи на место. — Прошипел я, подходя к нему.

— Но духи велели… — начал было шаман.

— Плевать я хотел, что эти духи велели. Живо положил на место, — рыкнул я, заставив Кашкая вздохнуть и вернуть украденное.

Даур пересчитал монеты, кивнул и разделил их на три кучки. Одну протянул мне, вторую Кашкаю, третью сунул себе в карман. Я, как истинный лидер нашего дурдома, взял свою долю и долю Кашкая, несмотря на то что духи были против. А то накупит сейчас воздушных шариков или ещё какого мусора. А нам, между прочим, одежда нужна!

Осмотрев полученное, я присвистнул. Два золотых, три серебряных и пять медяков. На каждой из монет был изображен мужчина, за спиной которого красовалось солнце с двенадцатью лучами. А потом… Потом я потерял всю наличность…

Старик оказался ушлым торгашом и забрал всё до последней монеты, а мы взамен получили штаны и рубахи песчаной расцветки, пару шапок а-ля тюрбан и весьма добротные сапоги. Моя обувь от суровой пустынной среды пришла в негодность, да и воняла знатно. Однако мне удалось заставить старика расщедриться и выдать нам в качестве подарка по кожаному бурдюку с водой. Старик сделал вид, что он недоволен сделкой, но я-то знал, что этот шарлатан облапошил нас и в глубине души празднует победу.