Книга Император песчаных карьеров. Том 1, страница 30 – Антон Панарин

Дверь распахнулась. В кабинет вошёл святой паладин Гелиос Осквернённый. Своё прозвище он получил за то, что в детстве каким-то чудом сумел убить демона. И не придумал ничего лучше, чем сожрать чёрное сердце твари. После этого парнишка банально сошёл с ума и превратился в чудовище, убивающее всех на своём пути.

Константин нашёл паренька, очистил от скверны, вернул на истинный путь. С тех пор Гелиос служил под его началом. Правда, от пожирания демонов он так и не отказался. Да и психическое состояние парня оставалось весьма нестабильным. Это делало его одним из самых опасных и непредсказуемых охотников на нечисть, которых когда-либо порождал Орден Паладинов.

Гелиосу было всего тридцать пять, но выглядел он так, словно прожил все эти годы в эпицентре непрекращающейся мясорубки. Где каждый день был борьбой за выживание против превосходящих сил противника. Под два метра ростом, с мощным телосложением профессионального воина. Его мышцы были выкованы не в тренировочных залах, а в реальных боях. Где цена ошибки измерялась в литрах пролитой крови.

Волосы Гелиоса, когда-то светлые и золотистые, теперь были выбелены до цвета старого пергамента. И не от возраста, а от демонического проклятия. Его он получил, сражаясь с архидемоном, пытавшимся разрушить разум парня. Но вместо этого демон лишь выжег пигмент из волос. И оставил странный побочный эффект — способность видеть демонические ауры даже сквозь стены.

Лицо паладина было изрезано шрамами не меньше, чем лицо самого магистра. Но если шрамы Константина были аккуратными, почти как хирургические швы, то шрамы Гелиоса выглядели так, словно кто-то в ярости пытался изуродовать его до неузнаваемости. Особенно выделялся шрам, тянущийся от левого глаза через всю щёку до угла рта. Он придавал его лицу выражение вечной насмешки, даже когда Гелиос был абсолютно серьёзен.

Помимо всего прочего, на шее у паладина была «чёрная метка». Печать, оставленная культистами из секты «Идущих в бездну» за то, что он убил их лидера. С помощью этой метки культисты находили паладина, где бы он ни был, и пытались его прикончить. Впрочем, каждый раз Гелиос выходил из схватки победителем. По крайней мере, так было до сих пор.

— Магистр, — произнёс Гелиос. Его голос был глубоким и немного хриплым, словно сорванным от слишком частых криков в бою. — Вы вызывали меня?

Константин повернулся от окна и жестом указал на стул. Но Гелиос продолжил стоять, прикрыв за собой дверь.

— Трое суток назад в пустыне обнаружили пятерых кочевников. Их убил демон, — сразу перешёл к делу Константин.

— Хвала Императору. На свете стало на пять работорговцев меньше, — безразлично прокомментировал Гелиос.

— Ты прав, судьба кочевников нас не волнует, — признал магистр. — Но есть основания полагать, что этого демона кто-то контролировал. И вот это уже представляет для нас прямой интерес.

Гелиос приподнял бровь, не понимая, о чём идёт речь.

— Судя по характеру ран, кочевников прикончил Шуссува. Однако он не стал жрать их плоть. Странно, не правда ли? — спросил Константин, а Гелиос кивнул. — Для Шуссувы такое поведение абсолютно нетипично. Эти твари всегда пожирают тела своих жертв после того, как высосут души. Но здесь мы имеем пять нетронутых трупов и… — он сделал драматическую паузу, — следы.