Книга Император песчаных карьеров. Том 1, страница 29 – Антон Панарин

— Духи говорят: пора бежать.

— Куда⁈ — прошипел я. — Мы в ловушке!

Шаман поднялся и уверенно направился к дальней стенке шатра.

— Духи показывают путь, — сказал он совершенно нормальным голосом. — Под городом бесчисленное множество тоннелей. Их вырыли задолго до сотворения Великой Пустоши.

Кашкай отодвинул ковёр, и под ним оказался деревянный люк.

— Куда лезете⁈ — возмутилась Жасмин.

— Если нас схватят, вы отправитесь на плаху, — напомнил я, заставив Розу вздохнуть.

— Внизу канализация, — пояснила Роза. — Мы выливаем туда помои. Только безумцы полезут туда по доброй воле. В темноте полно тварей.

— Как видите, я в сопровождении городского сумасшедшего, а значит, всё будет в порядке, — улыбнулся я. — Пойдём, Кашкай.

Шаман открыл люк, и мы увидели уходящую вниз лестницу. Деревянная хлипкая конструкция, заляпанная помоями и, очевидно, чертовски скользкая. Снаружи послышались тяжёлые шаги стражников.

— Дамы, с вами приятно иметь дело. Когда разбогатею, пришлю вам парочку приятных презентов. — Учтиво попрощался я и полез в люк следом за Кашкаем.

Последнее, что я увидел перед тем, как закрыть крышку, так это три бледных женских лица и полоску света, через которую протиснулся массивный стражник в золочёном доспехе. Потом наступила полная темнота, наполненная зловонием канализации.

* * *

Тамбов. Крепость Алого Солнца. Штаб-квартира Ордена Паладинов.

За массивным столом из чёрного обсидиана сидел Великий Магистр Паладинов отец Константин. Он перечитывал донесение. В народе его знали как Карающую Длань, Грозу еретиков и даже безжалостного ублюдка. Одним словом, прозвищ у магистра было множество. Его почитали, боялись и ненавидели.

Сейчас он ждал, когда на его зов явится охотник за головами. Седые волосы Константина, доходящие до плеч, были аккуратно зачёсаны назад и перехвачены кожаным ремешком. На ремешке красовался символ ордена — золотое солнце с кинжалом в центре.

Лицо магистра рассекали три глубоких шрама. Они шли от правого виска через щёку к подбородку, словно кто-то попытался содрать кожу с его черепа демоническими когтями. Правую руку Константина, лежащую на столе, покрывали золотые светящиеся татуировки. Древние руны защиты и очищения пульсировали мягким светом в такт его сердцебиению. Они служили постоянным напоминанием об обете, данном пятьдесят лет назад, когда он вступил в орден.

На спине у него был белый плащ с изображением кровавого солнца. Двенадцать лучей символизировали двенадцать старейшин, стоящих на страже человечества от всяческих угроз.

Магистр отложил донесение и потёр переносицу. Знакомая головная боль начинала пульсировать за глазами. Пятеро кочевников, убитых в пустыне неподалёку от оазиса, не были чем-то из ряда вон выходящим. Пески кишели тварями, способными разорвать человека на части. Но детали…

Магистр поднялся из-за стола и не спеша подошёл к окну. Оно выходило на внутренний двор крепости, где новобранцы ордена отрабатывали боевые стойки под надзором инструкторов. Константин смотрел на этих молодых людей, полных праведного гнева и готовности умереть за веру. Думал о том, что многие из них не доживут до тридцати. Служба в Паладинах была настоящей войной. Беспощадной и кровавой.

За спиной магистра раздался стук в дверь.

— Войдите, — произнёс Константин, не оборачиваясь.