Книга Восхождение Плотника. Том 2, страница 106 – Антон Панарин

— И не мудрено, — Кирьян усмехнулся, и в усмешке этой мелькнуло снисходительное превосходство человека, знающего расклад сил, перед тем, кто даже не знает о существовании какого то расклада. — Воротынский держит три усадьбы, торговый двор в Казани и, говорят, имеет выход на самого князя. Стало быть, деньги у него водятся такие, что никакому купцу и не снились. Смекаешь?

Кирьян выпрямился и произнёс с нарочитой важностью, подражая чужому голосу, отчего и без того низкий его баритон загустел до басовитого рокота:

— «Кирьяшка ежели ещё есть такие столы, то привези их немедля. Боярин через две седмицы устраивает пир для казанского воеводы, и ему важно чтобы у гостей челюсти отвисли от евоного гостепреимства».

Кирьян снова перешёл на обычный тон и подмигнул мне.

— Понимаешь, чем это пахнет?

Пахло деньгами. Огромными деньгами. Это как в моей прошлой жизни получить подряд от олигарха. Сразу понятно что платить будут щедро, но и ответственность такая, что мама не горюй. Здесь, судя по всему, намечалось нечто похожее.

— Понимаю, — кивнул я, стараясь не выдать нарастающего возбуждения, от которого ладони начинали потеть. — Сколько столов ему нужно?

— Для начала шесть. Но если ему понравится мебель, а она понравится, я голову даю на отсечение. Так вот, если гости останутся в восторге, то отбоя от заказов не будет. Это не разовая продажа на пристани, где каждый встречный норовит сбить цену, а долгосрочное сотрудничество с боярским домом. Понимаешь разницу?

Разницу я понимал прекрасно, потому что в строительном бизнесе разовый заказ и генподряд отличаются так же, как кирпичная будка на даче от девятиэтажного жилого дома.

Кирьян замолчал и посмотрел на меня выжидающе, чуть наклонив голову набок, как ястреб, высматривающий мышь в траве. Мимо протопала баба с коромыслом, покосившись на кольчужников так, что чуть не расплескала вёдра. Тем не менее она настолько замедлила шаг чтобы подслушать о чём мы разговариваем, что практически замерла на месте.

— Хороший денёк, верно говорю? — Спросил Кирьян у бабы, та растерянно кивнула и ускорила шаг скрывшись за поворотом.

Я услышал как у дома старосты скрипнула ставня, староста уши греет и не иначе.

— Аванс привёз? — перешёл я к делу открывая дверь мастерской.

Зачастую именно на этом вопросе обычно ломаются все красивые обещания, как гнилые лаги под весом бетонной стяжки. Либо деньги есть, либо есть обещания что деньги будут. Третьего не дано.

— А как же, — усмехнулся он похлопав по кожаной сумке на боку, и внутри отчётливо звякнуло. — Как договаривались. По пять золотых за стол.

— В таком случае прошу. В нашу галерею высокой моды, искусно изготовленной мебели и людей знающих что такое чувство прекрасного. — Коротко прорекламировал я приглашая его внутрь.

Обернувшись я поймал на себе взгляды деревенских. Кто-то таращился из-за заборов с бесстыдным любопытством, кто-то спешно захлопывал ставни, а пара мужиков куривших махорку качали головами обсуждая моих гостей.

Оно и понятно, вооружённый отряд в Микуловке событие редкое. Скоро об этом узнает каждая собака в радиусе пяти вёрст, включая старосту Микулу и Фадея Зубастого. Впрочем, они уже знают. Я в этом уверен.

Пусть видят, что у Ярого появились деловые партнёры, которые ходят при мечах и кольчугах. Чем больше народу это заметит, тем меньше желающих будет ломать мне пальцы по вечерам или подсылать троицу малолетних отморозков с ножами.