Книга Восхождение Плотника. Том 2, страница 101 – Антон Панарин

— И не страшно было отказывать старосте? — Усмехнулся я.

— А я и не отказал. — Хмыкнул он. — Сказал что сделаю всё возможное. И пока ты не отдашь мне полную сумму, твоя головушка всё ещё может слететь с плеч. — Фадей провёл пальцем по шее демонстрируя как это случится. — Проводите его на улицу. — Добавил ростовщик щёлкнув пальцами.

Амбалы обступили меня слева и справа, после чего вывели за ворота. Забавно, но сегодня никто ко мне силу не применял и даже не пытался пнуть для ускорения. Видимо, Фадей отдал распоряжение не трогать меня. Впрочем, любезность ростовщика закончится ровно в тот момент, когда истечёт отведённый мне срок. Вздохнул я побрёл обратно.

Войдя во двор Древомира, я первым делом заглянул в курятник у задней стены дома. Пять куриц и петух, тощий и злобный. Петруха, видимо, кормил их нерегулярно, и при моём появлении птицы бросились ко мне жалобно кудахтая и размахивая крыльями. Видать жаловались на Петруху.

Я вошел в амбар, зачерпнул из мешка зерна, припасённого Древомиром и рассыпал по земле. Курицы набросились на угощение, кудахча и толкаясь. При этом рябая несушка, перед тем как есть, подошла ко мне и клюнула меня в колено, как будто выполняла обязательный ритуал приветствия.

Раньше подобные выходки курицы злили меня, но сейчас я лишь усмехнулся и протянул руку чтобы погладить рябую, но она шуганулась как чёрт от ладана и побежала клевать зерно. Видимо наши отношения ещё не перешли на новый, дружеский уровень.

Закончив с курами, я направился к бане. Нужно было помыться и осмотреть раны полученные от водных тварей. Кажется их утопцами называли.

Я затащил внутрь охапку дров, сложил их в каменку, высек огонь кресалом и принялся ждать, пока баня прогреется. Сел на лавку, привалился спиной к стене и на минуту прикрыл глаза, чувствуя, как гудят мышцы и ноют натруженные суставы. Ещё бы пару минут и я бы провалился в сон, но каменка наконец раскалилась и от её стенок пошёл сухой обжигающий жар, я стянул через голову рубаху и замер.

По груди, от левого плеча наискось к правому боку, расползалась алая сетка из тонких воспалённых линий, похожая на паутину. Царапины от когтей утопца. Когда я получил эти отметины, они казались неглубокими и безобидными, обычные царапины, каких за неделю в лесу набирается с десяток. Но сейчас кожа вокруг каждой линии покраснела и припухла.

Я провёл пальцами по одной из царапин и поморщился. Горячая, плотная, с характерной пульсацией, которая выдаёт воспалительный процесс. Очевидно что когти твари были грязными, а я вместо того чтобы обработать раны, щеголял как будто бессмертный и занимался делами.

В правом верхнем углу зрения замигало золотистое уведомление, и я перевёл взгляд на полупрозрачные строчки системного сообщения.

ВНИМАНИЕ!

Обнаружено бактериальное заражение.

Степень: умеренная, с тенденцией к распространению.

Запас живы направлен на ускорение метаболических процессов и подавление инфекционного очага.

Текущий запас живы: 215 / 300

Ого. У меня ведь после поездки в город запас живы был забит до краёв. А теперь всё будет выкачано под ноль, для исцеления. Впрочем, это даже хорошо что система автоматически запустила процесс метаболизма. Без неё, я возможно уже бы лежал овощем и пускал слюни.

В прошлой жизни подобные царапины лечились йодом и пластырем, а в запущенных случаях курсом антибиотиков. Здесь же антибиотиков нет, зато есть жива, и она работает не хуже.