Книга Закон треснувшего корешка, страница 138 – Анастасия Шелест

* * *

Ощущения отвратительные. Меня сжимает со всех сторон плотный незримый обруч, и невидимая сила дергает в неизвестность. Я перестаю чувствовать границы тела. Все смазывается и превращается в безобразные цветастые кляксы. Единственным ориентиром в водовороте пятен остается рука Эрика.

Ноги врезаются в асфальт, и он легко перехватывает меня, не позволяя упасть. Голова кружится, в ушах звенит, и к горлу подкатывает секундная тошнота.

Первое, что я замечаю, – лицо Эрика. Он щурится, и я живо киваю, отвечая на немой вопрос.

Я в порядке. Не буду создавать новые трудности.

— Где остальные? – тихо спрашиваю я, прислушиваясь и осматриваясь.

Эрик вжимается спиной в серую стену и выглядывает за угол:

— Сейчас соберутся. Видимо, их выкинуло дальше.

Удивляться некогда. Я пытаюсь понять, где мы оказались, но не могу вспомнить эту часть города. Безликие серые пятиэтажки громоздятся друг на друге, оставляя между собой грязные узкие переулки. Окна пестреют аляповатыми занавесками. Запасные выходы одинаковыми мрачными дверями подпирают мусорные баки.

Торопливый топот отвлекает от знакомства с местностью. Берт, Элина, Варвара и Кит появляются в один момент и останавливаются возле нас. Эрик окидывает всех оценивающим взглядом – взвешенно и вдумчиво расставляет фигуры на доске.

Берт много раз говорил о составе команд. Непосредственно столкнуться с утечкой Эрик мне не позволит, нечего даже мечтать. Доверить мне создать и удерживать завесу, чтобы непросвещенные ничего не увидели, с моим нестабильным контролем над магией – настоящее безумие. Так что мне остается только защита и выведение непросвещенных.

Я все понимаю. Это справедливо и логично. Внутри тлеет слабый огонек надежды хоть краем глаза взглянуть на утечку.

Из лабиринта переулков доносится истошный вопль. Я холодею, а Эрик коротко приказывает:

— Варвара и Кит – на вас непросвещенные. Элина – с тебя завеса. Теодора – с нами.

Я недоверчиво моргаю, растерянно уставившись на Эрика, но тот уже устремляется в переулок. Берт быстро наклоняется и бросает мне:

— Просто держись рядом со мной. Все будет нормально.

Звучит не очень обнадеживающе, но я собираюсь кивнуть, когда Элина выпаливает:

— Что?

Смерив меня едким взглядом, она выгибает тонкую бровь и выпячивает нижнюю губу. Да ладно уж. Я вполне поняла, что в ее глазах недостойна вообще называться книгоходцем, но мне казалось, что идеальная ученица знает, когда есть смысл пререкаться, а когда нужно молча следовать приказам.

Эрик оборачивается и, сощурившись, уточняет:

— Что-то не так? Сомневаешься, что удержишь?

Лучше бы он ее ударил. Элина отшатывается и, побелев, задирает подбородок, едва размыкая губы:

— Разумеется, удержу.

— Мы на тебя рассчитываем, – бросает Эрик, ставя в разговоре точку.

Элина переводит на меня колкий взгляд и, мотнув головой, скрывается в подворотне.

У нее есть поводы злиться. Это что-то невероятное. Не может такого быть.

— Тея, – шепотом произносит Берт, вырывая меня из радостного недоумения.

Встрепенувшись, я дергаюсь за ним, стараясь двигаться так же бесшумно. Эрик отрывается от нас, шагая впереди. Приходится его догонять.

Мы без слов добираемся до угла дома. Напротив возвышается еще одно здание, и между ними скрывается узкий длинный переулок. Я ничего не слышу, но Эрик вжимается спиной в стену и, выглянув всего на мгновение за угол, беззвучно выругивается.