Книга Нажать на клавишу delete, страница 21 – Галина Миленина

Сергею ничего не оставалось, как положить трубку в ладонь смотрительницы.

— Вы передайте обязательно, не забудьте! – как можно приветливее сказал он.

— Угу, – буркнула женщина и, не прощаясь, захлопнула перед ними дверь.

— Ну? Что скажешь, Холмс? Что мы имеем? – нетерпеливо спросила Лена, когда вышли из подъезда.

— Пока нас имеют… Больше ничего не могу сказать. Или в спальне на самом деле лежит полуживая, ничего не соображающая от потрясения мумия, или перед нами разыгрывают роли отлично продуманного сценария. Посмотреть бы мне на эту Веру Сергеевну!

— Но ты видел, как эта Церберша встала на дороге и даже не пригласила нас войти?

— А с какого перепугу она будет приглашать случайных людей в чужую квартиру? И мы не являемся близкими Веры Сергеевны. Я бы тоже не пригласил. Хорошо, дверь открыла. Могла отморозиться. Зачем ей лишняя головная боль? Её наняли для выполнения определённой работы и не более. К двери она подошла исключительно из собственного любопытства и благодаря скуке. Я бы не хотел оказаться на её месте – делить пространство с мумией, сутками изучающей фрагмент стены. Охренеть можно. Но личико! Абсолютно не обезображено интеллектом! Ты что-нибудь подобное видела? Точное ты ей имечко подобрала – Церберша. Когда она дверь открыла, мне вместо «здрасьте» послышалось «гав».

— Да уж. Но что делать дальше? – озабоченно спросила Лена.

— Подумать надо. Давай завтра созвонимся, если что.

— Давай созвонимся. Ну, ты меня хоть проводи, Холмс.

— Братела, ты когда будешь?

— Уже еду, – пообещал Сергей. – Ты ничего не забыл дома? Могу привезти.

— Не забыл – потерял, брата. Приезжай скорей. Не представляешь, какая без тебя тоска.

— Ладно, не плачь. Завтра буду.

Иван действительно истосковался в одиночестве. И даже сходил на рынок, купил овощи и впервые в жизни сам приготовил обед к приезду Сергея. Они сидели за столом, и из глубокой тарелки с варёным молодым картофелем, посыпанным укропом, струился аппетитный аромат. Рядом лежала горкой зелень – молодой лук, чеснок, огурчики.

Сергей был приятно удивлён:

— Ведь можешь, когда хочешь. А дома даже яйца не сваришь, картошку чистить не умеешь.

— Я и не умею. Это ж молодая. Я шершавой стороной губки потёр, когда мыл, – кожура и отвалилась. Потом в кастрюлю бросил – и на огонь. Только не знал, когда будет готова. Каждые пять минут вилкой тыкал.

— Да, с картошкой у тебя получилось. Вот если бы яйца варил, долго пришлось бы вилкой тыкать, – заметил Сергей.

После обеда ребята пошли к набережной. Сергей поинтересовался у брата, чем он тут без него занимался.

— А, занимался нафинг дуингом. Плавал, читал или гулял по аллее, наблюдал за народом. Иногда очень интересные персонажи встречались. Ладно, хватит испытывать моё терпение, рассказывай о нашей утопленнице. Удалось узнать что-нибудь?

— Удалось кое-что, да толку мало. Хотелось с её предками познакомиться, побеседовать, да не вышло. Маман её лежит, считай, в коме. Собеседница из неё никакая. А отца и в природе не было. Вернее, биологический, должно быть, определённо был, но в наличии не оказалось.

— Получается, ты зря ездил, а я тут один парился?

— Ну, как тебе сказать? Может, и не зря, – стараясь выглядеть безразличным, произнёс Сергей и следующей фразой ошеломил брата: – Думаю, я бы смог подсказать желающим, естественно не бескорыстно, а за определённую мзду, где сейчас находится наша утопленница.