Книга Рыцарь для Лики, страница 35 – Галина Миленина

Когда мы вышли из дома и проходили по тропинке к ожидавшей меня машине, я увидела маленький сарай без единого оконца, ниже человеческого роста, а у двери – Андрея. Он поджидал меня, сделав шаг навстречу, предупредил: «В горах вечером туман. Скажите водителю, чтобы ехал осторожно».

Мы втроём подошли к машине и ещё на несколько минут задержались, беседуя. Я решила спросить, зачем он сел в это кресло и по какой всё-таки причине произошла авария. В мистику мне как-то не верилось.

Андрей не раздумывая, ответил:

— Кресло. Не понимал, с чем или с кем играю. Авария не просто так, а именно из-за этого кресла произошла. Я не раз бывал в аварийных ситуациях и отлично знаю, как удержать машину, когда она бывает неуправляема. Но в последний раз, когда машину на ровном месте повело, у меня было ощущение, что кто-то сверху положил гигантский палец и рулит моим автомобилем. Кто-то, но не я, и ничего поделать с этим не смог. – Андрей замолчал и посмотрел в вечернее небо.

В общем, я поняла, что Андрея единственная версия – мистическая. Вот такая история.

— Да уж, мистика. А что вы думаете об этом? – спросила Лика.

— Вариантов несколько. Возможно, именно в этот день у Андрея произошло что-то с машиной, столкновения с другим автомобилем не было, пострадал только он, и автомобиль не пытались восстановить, а значит, и не было экспертизы, и не разбирались в причине аварии. Может, крепление на колесе ослабло – оно и соскочило при движении. Или кто-то его специально ослабил, если Андрей был успешным коммерсантом, значит, были у него и конкуренты, и недоброжелатели. А может быть, какой-то сотрудник музея, поклонник Хозяина кресла, решил Андрею отомстить или таким образом сделать рекламу любимому креслу, а заодно и музею. Или накануне Андрей мог удариться колесом о бордюр или об угол ограждения. Такое колесо могло на скорости лопнуть, а машина – легко перевернуться, и даже не один раз. Это первое, что приходит в голову, но я ведь не эксперт в этом деле. Одним словом – техника. За ней следить надо да ещё учитывать качество наших дорог и не исключать Аннушку, случайно пролившую маслице за поворотом… Но и, наверное, не стоит думать, что мы одни в этом мире, что нет никого ни над нами, ни под нами. Версия Андрея тоже имеет право на жизнь. Надо же ему было возжелать Трон Сатаны! Зато теперь ведёт себя, как голубь мира…

Вагон мерно покачивался. Дверь бесшумно скользнула в сторону – и в проёме показалась лохматая голова нетрезвого пассажира. Он навёл резкость и понял, что ошибся купе, с силой задвинул дверь обратно. Встревоженные женщины облегчённо вздохнули.

— А как писатели придумывают сюжеты для своих романов? Поделитесь секретом? – спросила Лика. – Спать совсем не хочется, и вы так интересно рассказываете!

— Не знаю, как все авторы придумывают сюжеты, только за себя могу сказать – беру из жизни. Вот сидим сейчас с тобой, полночь, колёса мерно постукивают, вагон покачивается, свет тусклый, ночной в купе горит, и ты сидишь напротив, рассказываешь историю про своего храброго рыцаря. Глаза при этом у тебя – такие! И я уверена; когда-нибудь, в благоприятной ситуации в моей памяти всплывёт эта картинка, и начнёт неугомонный мой разум в творческом порыве ткать новый сюжет. Главное в этом деле – вдохновение. А сюжетов в реальной жизни столько и так накручено, что никакому писателю не придумать круче! Прости за тавтологию. Я часто путешествую. Бывает, захожу в купе и сразу по лицам пассажиров вижу, будет дорога интересной или, наоборот, тяжёлой, выматывающей. После сорока каждый отвечает за своё лицо – вот у людей всё на лицах и написано: чем человек живёт, чем дышит, кто какой образ жизни ведёт. От попутчика твоё настроение иногда зависит, он его может легко испортить. В таких случаях хорошая книга, как стена, спасает: ложусь на свою полочку, книжку открываю, и всё – я уже не здесь. Поэтому в последнее время предпочитаю самолёты. Но для моей профессии эти беседы со случайными людьми незаменимы. Порой люди такое рассказывают – поверить трудно.