Книга Зверь без сердца, страница 74 – Наталья Буланова

Конечно, он не сравнится с теми двумя стальными произведениями искусства на кухне Саши, но и этого более чем достаточно.

— Ну, что у нас тут? – шепчу я, окидывая взглядом разложенные припасы.

Живое пульсирующее желание творить наконец вырывается на свободу. Сотня вариаций блюд всплывает в голове, и нос уже словно чувствует ароматы некоторых из них.

Мысли о Саше, об истинных парах, о прошлом и будущем растворяются в предвкушении. Ритм стука ножа по доске вводит меня в своеобразный транс.

Тук-тук-тук-тук-тук, тук-тук-тук-тук-тук.

Тук-тук-тук, тук-тук-тук.

Я замедляюсь, понимая, что мне не нужно сейчас торопиться. Я просто могу готовить.

Упругие глянцевые баклажаны ложатся на доску идеальными кружками толщиной в палец. Я выкладываю их на большой доске, достаю банку с крупной морской солью и катаю кристаллы между пальцами.

Обожаю это ощущение контакта с продуктом.

Я посыпаю каждый ломтик морской солью, чтобы убрать горечь. И пока они отдыхают, мои пальцы скользят по бархатистой кожице спелых томатов.

Я опускаю их на секунду в кипяток, и кожица отходит, обнажая сочную мякоть.

— Эмма, я видела кедровые орехи.

— Тебе не привиделось.

— И выдержанный пармезан!

— Это сыр, да? Нести?

— Да, и то и другое! – улыбаюсь я, предвкушая будущий вкус.

Через мгновение передо мной появляется миска с золотисто-белыми кедровыми орешками и цельная головка пармезана, пахнущая молоком и карамелью.

Эмма морщится, когда я с наслаждением втягиваю его аромат.

— Тебе невкусно пахнет?

— Обоняние волков – одно из самых острых в мире.

— О, тогда от Вье Булонь ты потеряла бы сознание! – смеюсь я.

Эмма опасливо отходит от меня в сторону:

— Он у тебя с собой? – И смотрит так, словно вонючий сыр у меня спрятан за спиной.

— Если бы был с собой, ты бы за километр учуяла.

Эмма видимо расслабляется.

— Тебе чем-то помочь?

— Конечно. Тебе нужно нагулять аппетит.

— Об этом даже не беспокойся. Обмен веществ у нас просто невероятный.

Вот это-то меня и беспокоит.

В это время я высыпаю на сухую раскаленную сковороду орехи, и они тут же начинают плясать на ней, наполняя воздух сладковатым ароматом.

Быстро обжариваю их, а потом растираю в ступке, срываю и добавляю к ним листики базилика с одной из своих грядок. Изумрудные листья с фиолетовыми прожилками пахнут одновременно анисом и перцем.

Я по капле добавляю оливковое масло холодного отжима, наблюдая, как масса превращается в бархатистый зеленый соус песто.

А теперь можно вернуться к баклажанам.

Промакиваю их бумажным полотенцем, а потом обжариваю на оливковом масле до золотистой корочки. Аромат поднимается волной – дымный, землистый, с ореховыми нотками.

И все мужчины, что работают сейчас над обустройством столовой, поворачивают ко мне головы. Эмма с шумом втягивает воздух и прикрывает глаза.

Женя крепит на стену магнит для ножей и замирает, сглатывает слюну и говорит:

— От этого запаха с ума сойти можно.

Я довольно улыбаюсь.

Как же приятно работать со свежими продуктами! Не с вялыми баклажанами, которые пытаешься реанимировать на дешевом масле, а с упругими, наполненными соками и жизненными силами овощами.

Я беру керамическую форму и выкладываю на дно слой томленых томатов. Промазываю соусом песто. Сверху кладу золотистые кружки баклажанов и снова смазываю соусом. Еще один слой – это нежное куриное филе, которое я быстро замариновала в лимонном соке и розмарине.