Книга Зверь без сердца, страница 46 – Наталья Буланова

Только тогда я заработаю себе репутацию сильного и способного на все альфы, а не самого сильного ментально сверха, который лишался зверя, крутился среди людей и потерял половину своих сил. Того, от которого даже истинная отказалась.

Старая боль сжимает грудь тугими тисками.

Мелькает идея приказать сейчас же остановить машину и выставить Алису на дорогу со всеми ее грядками, запахами и искушением, но зверь так напирает на кости при этой мысли, что я чуть не оборачиваюсь прямо в машине.

Ладно. Будет рядом со мной. Буду держать ее под носом.

Я ненавижу эту слабость в себе – эту потребность защищать ее. Понимаю, что это хитроумная и идеально выверенная под меня ловушка. Кто-то нашел мое слабое место, о котором я сам не знал.

Что, если и сцена с тухлятиной – все для того, чтобы я забрал ее в клан? Знают, что я не потерплю, когда обижают тех, кто под моей защитой. Даже если эта защита – лишь часть плана по разоблачению.

Машина трогается. Я чувствую, как в салоне нарастает напряжение.

И тут вдруг она говорит нежное и тихое:

— Спасибо.

Эти слово рушит всю мою защиту, сбивает ног все атакующие мысли. Оно такое искреннее, наивное и глупое.

— За что? – спрашиваю вмиг севшим голосом, поворачиваюсь к ней, а Алиса смотрит вперед перед собой.

— За то, что не дали в обиду. И что поможете больной жене шеф-повара.

Вот как раз по ней и проверю, правдивая ли сцена с тухлятиной или только для моих глаз и ушей. Но Алисе я этого не скажу.

— Будешь работать на меня. Я давно думал об общей столовой во Дворце спорта.

— Столовой? – тихо переспрашивает она с растерянным видом. – Но я не хочу…

Недовольство прокатывается волной по моему телу. Зверь тут же поднимает голову, готовый доказать, что никуда ее не отпустит.

Глупое животное!

— А что хочешь? Вернуться к унижениям и готовке из просрочки? – Я едва сдерживаюсь, чтобы в словах не было слышно недовольного рычания.

Все равно, кажется, бурчу как старый дед. Хотя какая мне разница, что она обо мне подумает? Она же ходячая подстава.

Я смотрю в ее широко открытые зеленые глаза. Ходячее соблазнение.

— Открой все окна, Еф! – рычу я.

И все тонированные окна, кроме моего открытого, опускаются.

Алиса со стоном отчаяния закатывает глаза:

— Я снова воняю?

Ничего ей не скажу.

— Знаешь, ты так во мне комплекс разовьешь.

Я бросаю на нее любопытный взгляд:

— Это еще почему?

— Потому что ты всегда бросаешься проветривать все помещение, где мы с тобой находимся.

Не хотелось бы стать источником комплекса девушки. Со стороны, наверное, я правда веду себя как последний придурок. И хоть она в одной упряжке с врагом, мне становится ее жалко.

— Ты хорошо пахнешь. Слишком хорошо. Так, что я хочу тебя… съесть, – говорю я и вижу, как вытягивается от удивления лицо Алисы.

— С-съесть?

— Да.

Я вижу, что она понимает это в буквальном смысле, и из груди вырывается смешок. Он быстро и неожиданно перерастает в приступ хохота.

Так и чувствую это немое удивление и взгляды на себе – прямой от Алисы и через зеркало от Ефа.

Когда я наконец прекращаю смеяться, Алиса смотрит на меня так, словно у меня выросли рога.

— Если будешь хорошо кормить мой клан, не съем, – говорю я.

— Но я так не могу. Мне нужно платить за квартиру…

— А кто тебе сказал, что ты будешь работать за просто так? Я составлю договор, пропишу хорошую зарплату. Не обижу.