Книга Зверь без сердца, страница 145 – Наталья Буланова

Вот оно. Ради этого он и просил увидеться с ним. Думает, что козырь у него в рукаве.

— Ты уже проиграл, Серега. – Я складываю руки на груди. – Дорогие мне люди в безопасности. Мой отец, твой глава между прочим, готов с тебя шкуру спустить – только дай. И ты еще торгуешься?

Он бледнеет, но держит удар.

— Потому что ты не сможешь жить, зная, что в любой момент можешь убить свою повариху. Ты же ментальный калека. Зверь в тебе всегда был сильнее человека. Лину убил и эту убьешь. Это твоя суть, гибрид.

Слова бьют туда, куда он целил: в старую незаживающую рану. В страх, который я носил в себе годы. Но я также чувствую, что моя незаживающая рана стала твердым рубцом.

Да, события прошлого всегда останутся в моей памяти. Это мой болезненный опыт, который случился. Этого не изменить, и я сделаю все, чтобы этого не повторить. Теперь я в этом уверен.

— Давай, – шепчет он, подаваясь вперед. – Сорвись. Покажи, кто ты есть на самом деле. Прихлопни меня менталом, как муху. А твоя повариха пусть подыхает следом. Хорошая сделка, а?

Я смотрю на его жалкое, перекошенное злорадством лицо, на нервно дергающийся кадык и отчетливо понимаю одно. Все эти годы я ненавидел в себе зверя, боролся с ним, подавлял, пытался отгородиться, но сейчас он часть меня, которой я владею так же хорошо, как правой рукой.

Часть, которая любит Алису так остро, что готовa разорвать любого, кто посмеет ей угрожать. Часть, которая сейчас смотрит на Серегу и не чувствует ни злости, ни ярости – только ледяное, кристально чистое спокойствие.

— Ты ошибаешься, – говорю я, и мой голос звучит ровно, как никогда. – Зверь – моя сила, которую я наконец-то принял.

Серега моргает, не веря. Он ждал вспышки, истерики, ментального удара, а я стою и просто смотрю на него. Внутри не чувствую ни дрожи, ни жжения. Только ровный, мощный гул единства с собой.

— Чего ты ждешь? – сипит он, и в его голосе впервые прорезается настоящий страх. – Давай! Убей меня!

Мне его жалко. Он готов положить свою жизнь, лишь бы сделать мне плохо.

— Нет. – Я качаю головой. – Я не убью тебя, Серега.

Он замирает, а я наклоняюсь к нему.

— Ты останешься до конца жизни в клетке с мыслями, что проиграл тому, кого считал калекой. Это и будет твоим наказанием.

Он дергается, пытаясь встать, но я делаю шаг на него, и он тут же замирает.

— Нет! Не смей! Добей меня! – просит он, но в голосе уже не злость, а истерика. – Тебе же нужен антидот!

Я разворачиваюсь и иду к выходу. У двери останавливаюсь не оборачиваясь и говорю:

— Расскажешь формулу – получишь нормальную камеру и передачу раз в месяц. Будешь молчать – сгниешь в самой убогой из камер. Выбор за тобой.

— Да пошел ты! – орет он в спину. – Раз ты со зверем в ладах, тебе антидот и не нужен.

Я выхожу, и тяжелая дверь захлопывается, отсекая его крики.

В коридоре меня ждет Еф. Смотрит вопросительно.

— Переведи его в камеру 03.

— Будет сделано, глава. – Еф делает пометку в планшете, потом поднимает на меня вопросительный взгляд. – Насколько камеру заполнять водой?

— Пока только по щиколотку.

Хоть я и контролирую зверя, от мысли, что в Алисе есть что-то инородное, мне нехорошо. Мне не нужен антидот Сереги. Я знаю, что гений Леон решит эту задачку наилучшим образом. Но я хочу, чтобы тот, кто посмел перейти мне дорогу, кричал в раскаянии, а его никто не слышал. Камера 03 для этого лучший вариант.