Книга Системный целитель 5, страница 94 – Алексей Ковтунов

*Тук-тук-тук!*

Стук становился всё настойчивее, и я наконец повернул голову в сторону бокового окна. Там обнаружились двое полицейских в стандартной форме, причём один из них как раз замахивался для очередного удара костяшками по стеклу. Выражение лица у обоих было такое, словно они уже минут десять пытаются достучаться до какого-то особо одарённого гражданина, который решил устроить себе спальню прямо на общественной парковке.

Что-ж, формально они правы, я действительно повёл себя не очень культурно.

Потянулся было к молоту, который лежал на соседнем сиденье, но в последний момент передумал. Во-первых, энергии у меня сейчас примерно столько же, сколько совести у системы, то есть практически ноль. Во-вторых, бить полицейских молотом только за то, что они делают свою работу, было бы как-то неправильно. В-третьих, может они просто хотят попросить меня переставить машину или что-то в этом роде, а я тут уже размахнусь и наломаю дров.

Опустил стекло и посмотрел на стражей порядка с максимально невинным выражением лица, на которое только был способен после такого дня.

— Владимир Рубцов? — поинтересовался один из них, тот, что постарше и с усами.

— Ну да… — автоматически ответил я и тут же осёкся, потому что до моего затуманенного сознания наконец дошло кое-что важное.

Какой, к чёрту, Владимир Рубцов? Я же сменил системное имя ещё утром, когда только въезжал в город, и теперь для всех анализаторов и проверяющих устройств являюсь Петром Сидоровым, честным торговцем строительным инвентарём. Собственно, стремянка на багажнике как раз и служила подтверждением этой легенды, позволив мне беспрепятственно проехать несколько блокпостов и даже пробраться за сцену во время выступления мэра.

А эти двое откуда-то знают моё настоящее имя, что наводит на определённые размышления.

Впрочем, отпираться уже поздно, я сам только что подтвердил свою личность, причём сделал это с такой непринуждённостью, словно всю жизнь мечтал сдаться властям.

Полицейские переглянулись между собой, и я заметил, как уголок рта у младшего дёрнулся в едва заметной усмешке. Старший же сохранял абсолютно невозмутимое выражение лица, хотя в его глазах тоже мелькнуло что-то подозрительно похожее на веселье.

— Владимир Рубцов, — торжественно произнёс усатый, — вы обвиняетесь в нарушении уголовного кодекса Империи, статья триста восемьдесят пять, пункт три, часть вторая. У вас есть законное право ознакомиться с текстом обвинения, прежде чем мы произведём задержание.

С этими словами он протянул мне в окно увесистую книжку в потёртом кожаном переплёте, которая при ближайшем рассмотрении оказалась полным сводом имперских законов.

Я машинально принял книгу и уставился на неё с некоторым недоумением. Вообще-то собирался огреть их молотом и просто уехать, но теперь стало действительно любопытно. Статья триста восемьдесят пять звучала как-то слишком конкретно и совершенно незнакомо, а ведь за последнее время меня обвиняли в самых разных преступлениях, от государственной измены до кражи какой-то мифической реликвии империи.

Интересно, что на этот раз придумала Светлая или её прихвостни из числа аристократов?

Полистал книгу, нашёл нужный раздел, пробежался глазами по страницам в поисках статьи триста восемьдесят пять. Вот она, пункт три, часть вторая…