Книга Системный целитель 5, страница 128 – Алексей Ковтунов

Два артефакта. Изолятор и разрыватель. В одном кармане инструмент освобождения, в другом страховой полис на случай, если освободители окажутся не лучше угнетателей. Полный комплект, чтобы не зависеть ни от кого.

Забавно получается. Пришёл в этот мир умирающим, выброшенным, никому не нужным. Третьесортный безымянный целитель с характеристиками лягушки, которого даже система умудрилась оскорбить при первой же встрече. А теперь вот стою на балконе, сто двенадцатый уровень, два с лишним миллиона людей подключены к системе, оператором которой я являюсь, и в кармане пара кристаллов, каждый из которых стоит больше, чем весь этот город со всеми его жителями.

Светлая хотела контролировать. Контролировала двести лет и чуть не уничтожила всё живое своей жадностью. Тёмная хочет… Чего? Выжить? Отомстить? Искупить вину? Подгадить, как она сама выразилась? Наверное, всё вместе, и по-своему я даже могу её понять. Осколок, отрезанный от основного тела, брошенный в чужом мире, без надежды на воссоединение. Не самая завидная участь, если подумать.

А я? Чего хочу я?

Наверное, того же, чего хотел всегда. Того же, чего хотел, когда шёл учиться в медицинский, когда пахал на две ставки в районной больнице, когда делал последний надрез перед инфарктом, и того же, чего хотел, когда лечил первых пациентов в этом мире. Чтобы люди не страдали без причины. Чтобы у каждого был выбор. Чтобы никто не забирал у тебя жизнь просто потому, что может себе это позволить.

Светлая этого не даст никогда. Тёмная… может быть. Посмотрим.

Убрал оба артефакта в карман халата, глубже, чтобы не вывалились, и пошёл вниз. День предстоял длинный, и у целителя всегда найдётся работа.

*Три месяца спустя*

Сумерки опускались на дикие земли, окрашивая небо в оттенки меди и ржавчины. Костёр потрескивал, выбрасывая в воздух мелкие искры, и я сидел рядом на своём артефактном кресле, наслаждаясь теплом и тишиной. Рядом, свернувшись клубком у моих ног, сопел енот, который так и не отстал за все эти месяцы.

Наглое, вороватое и совершенно бессовестное животное, которое обожало красть блестящие вещи, гадить в чужую обувь и издавать торжествующее «кекекек» в самые неподходящие моменты. И при этом умудрялось оставаться единственным существом, которое ни разу не попросило меня стать президентом, министром или хотя бы заведующим отделением.

Скучно тебе не будет? — лениво поинтересовалась Тёмная.

— С тобой в голове? Вряд ли. — усмехнулся я.

Я серьёзно. Ты мог бы стать кем угодно. Императором, главой Совета, командующим армией. А ты выбрал… это.

— Что «это»? — я усмехнулся, глядя на звёзды, которые начинали проступать на темнеющем небе. — Сидеть у костра, сражаться с монстрами и лечить? По-моему, отличный план. Остальное не так важно.

Люди могут решить, что ты бросил их.

— Люди прекрасно справляются сами. А если понадоблюсь, они знают, где меня искать. И знают, что у них есть выбор, а это главное.

Енот пошевелился во сне, перевернулся на спину и выставил лапы в воздух, демонстрируя такую степень блаженства, которая недоступна ни целителям, ни системам, ни даже бывшим императорам. Подбросил веток в костёр и откинулся в кресле, позволяя усталости наконец взять своё.

Мир изменился. Не стал идеальным, нет, до идеала ему так же далеко, как мне до выходного дня в районной больнице, то есть бесконечно далеко в теории и примерно никогда на практике. Тёмная по-прежнему забирала свои двенадцать процентов, и по-прежнему оставалось неизвестным, не начнёт ли она со временем повышать эту цифру. Прорывы по-прежнему возникали, монстры по-прежнему убивали людей, а болезни и травмы никуда не девались, потому что даже самая продвинутая магия не отменяет законы биологии.

Но теперь у людей есть выбор. Подключаться или нет, к кому подключаться, и что делать, если выбранная сторона окажется не тем, за что себя выдаёт.

А один бывший врач из другого мира получил то, чего ему так не хватало в прошлой жизни. Не власть, не уровни и не системные навыки, а возможность действительно помогать людям. Не латать дыры в бесконечном потоке пациентов, зная, что на каждого вылеченного приходится десяток тех, до кого руки так и не дошли, а помогать по-настоящему, с полной отдачей, используя все свои знания и способности.

Это не идеальный финал. Но идеальных финалов не бывает, это я как врач могу сказать с полной уверенностью. Бывает только жизнь, со всеми её несовершенствами, компромиссами и неразрешимыми противоречиями. И если ты можешь сделать эту жизнь хоть немного лучше для тех, кто рядом, значит, ты прожил её не зря.

Енот открыл один глаз, посмотрел на меня, оценил обстановку и снова закрыл, признав её удовлетворительной. Костёр догорал, звёзды медленно кружились над головой, и где-то далеко за горизонтом новый день уже готовился сменить уходящую ночь.

А целитель сидел у костра и улыбался, потому что впервые за очень долгое время ему было по-настоящему хорошо.