Книга Путь Строителя 7, страница 103 – Алексей Ковтунов

Впрочем, система говорила об этих свойствах, когда я изучал живого голема, а как сдохнет, так и свойства другие. Живая плоть голема и обожженная глина из нее не совсем одно и то же. В любом случае это точно самый жаропрочный из доступных мне сейчас материалов, и других вариантов пока не предвидится.

Ну а дальше вернулся на башни. Процесс идет полным ходом, мужики работают, Стурм кладет всё так же четко, но стоило мне подняться и подключиться, как новое восприятие ударило по глазам с такой силой, что захотелось их закрыть и больше не открывать. Потому что ошибок тут плюс-минус полная башня, от фундамента и до самой макушки. Даже к лесам вопросы есть, чего уж говорить про основную конструкцию.

В кладке видны неравномерности, которых раньше просто не замечал. Где-то раствор лег толще, где-то тоньше, швы пляшут, и несколько кирпичей стоят с ужасным перекосом. Не критично, нет, башня не развалится, Основа в накопителях стягивает конструкцию и компенсирует огрехи, но строитель внутри меня от этого зрелища тихо подвывает.

Взял кирпич, положил. Выровнял, простучал, проверил шов. Взял следующий, и вот уже совсем другое дело, совсем другое ощущение, когда видишь не только поверхность, а всю структуру сразу. Вижу, как раствор ложится в шов, как заполняет пустоты, как Основа в накопителях тянется к свежему кирпичу и начинает с ним знакомиться.

Положил следующий, подогнал, простучал ребром ладони и проверил шов. Основа текла сквозь стену легче, чем раньше, просачивалась между кирпичами почти без сопротивления, хотя рун на них уже практически не встречалось.

Ну да, думал об этом уже много раз и уже устаю думать. Обидно, конечно, и очень жаль, что Сурик и ребята при всем старании не могут выжигать руны, даже научить этому не выйдет. Но верх башни и не обязан быть настолько же прочным, как низ, а низ удержится при любых обстоятельствах, в этом я уверен.

Так что клал не торопясь, с чувством, с толком, с расстановкой. Подгонял каждый шов до тонкой ровной полоски, выводил кладку в идеал, и каждый кирпич ложился на свое место плотно и надежно. Раствор заполнял пустоты равномерно, ни одного пузыря не оставалось, ни одного лишнего миллиметра, и работа шла так, что хотелось продолжать и продолжать, потому что когда все получается, останавливаться попросту неправильно.

Вокруг шумела стройка, все как обычно. Мужики тихо перекрикивались на соседних участках, внизу скрипели телеги, подвозя раствор и кирпич, откуда-то издалека громыхал рев Хорга, и по одной только интонации было понятно, что кто-то опять сделал что-то не так. Обычная картина, ставшая уже чем-то вроде фона, на который перестаешь обращать внимание. Даже наоборот, когда тихо чувствуешь себя не в своей тарелке.

А потом я замер с кирпичом в руках, просто остановился и посмотрел вокруг. Вот башня, которую мы строим, вот ровная крепкая кладка, вот раствор, застывающий в швах, и Основа, которая уже начинает по ним течь.

Это ли не счастье? Когда трудишься, создаешь что-то своими руками и умом, что-то осязаемое, прочное, что будет служить людям, что можно потрогать, оценить, видеть каждый день и наслаждаться тем, как стоит каждый ровно положенный кирпич. Это ведь и есть то, чего всю жизнь желал, созидать, и разрушать, когда надо освободить площадь для нового созидания.