Книга Путь Строителя 4, страница 117 – Алексей Ковтунов

Несколько секунд я молча смотрел на строчки, мерцающие перед глазами.

Вместимость Основы высокая, не низкая, как у лесной бурой глины, и не средняя, как я втайне надеялся! Это значит, что каждый кирпич, вылепленный из этого материала, будет хранить Основу так, как обычному кирпичу и не снилось. Руна на таком материале не просто приживётся, а расцветёт, впитает энергию жадно и глубоко, и отдавать будет долго и щедро. Один такой кирпич стоит сотни обычных, если говорить о магических свойствах, а не о простом строительстве.

Да что там руна, ее там можно вообще не ставить. Сразу вспомнилось, как ветви плотоядной лиственницы жадно впитывали каждую каплю основы и за счет этого готовое изделие приобрело новые интереснейшие свойства. И это без мам, пап, рун и кредитов, между прочим.

А облегчённый обжиг означает, что температура нужна ниже обычной, и мои ямы, которые с трудом дотягивают до нормального жара, для этой глины подойдут прекрасно. Не надо никакого промышленного горна, не надо шамотной футеровки и железного угля по три закладки за ночь.

Устойчивость к растрескиванию и стойкость к деформациям, ну тут и объяснять нечего. Мечта любого строителя, хоть в этом мире, хоть в прошлом. Кирпич, который не трескается при обжиге, не крошится от удара и не лопается на морозе. За такое на моей прежней работе инженеры продали бы душу, а потом ещё приплатили бы сверху.

И чистота сто процентов. Цифра, которая пока ни о чём мне не говорит, потому что сравнивать не с чем. Но интуиция подсказывает, что показатель этот не случайно стоит в анализе, и рано или поздно я пойму, зачем система решила мне его показать.

Отложил комок на землю. Бережно, обеими руками, как кладут что-то хрупкое и ценное, хотя именно хрупким этот материал точно не является. Просто если я начну лепить прямо сейчас, то не остановлюсь до утра, а с восемью единицами Основы и головой, забитой планами на завтрашний день, это не лучшая затея.

Хочется вылепить вообще всё, от кирпичей до фигурок, от тиглей до водопроводных труб, руки аж зудят от нетерпения, и каждый палец отдельно докладывает мозгу, что готов приступить немедленно. Но торопиться нельзя, все-таки материала мало, повторный поход к голему требует подготовки, а тратить единственный кусок на эксперименты вслепую было бы глупо.

Лучше сначала посоветоваться, причём не только с системой. С ней я уже посоветовался, она выдала сухие цифры и характеристики, чего от неё и ждёшь. Теперь надо дойти до Эдвина и уточнить у него, верны ли мои догадки насчёт каналов и узлов, потому что старик наверняка видел в своей жизни вещи и поинтереснее глиняного голема.

По уму стоит идти к нему утром, с рассветом. Всё-таки ночь на дворе, нормальные люди давно спят, и даже ненормальные хотя бы делают вид. Но Эдвин к категории нормальных не относится ни по каким меркам. Этот вполне может и не спать вовсе, а лежать между грядок и обсуждать с редиской философские вопросы бытия. Или учить морковь фотосинтезу, кто его знает.

Я уже поднялся и сделал шаг, но вовремя одёрнул себя. Эдвин ненормальный, это факт установленный и многократно подтверждённый. И если я приду к нему ночью с рассказом о глиняном големе, каналах Основы и узлах, похожих на руны, старик вполне способен сорваться и потребовать, чтобы я немедленно показал ему этого голема, прямо сейчас, в темноте, через лес. И ведь потащит, не отвертишься, потому что спорить с Эдвином бесполезно.