Книга Поглощение 3, страница 40 – Алексей Ковтунов, Антон Панарин

— Седой, лови подарочек! — я швырнул мачете седовласке.

Перевернувшись в воздухе мачете ударило рукоятью его в плечо, но упасть орудию он не дал. Ухватил ладонью за лезвие, а после перекинул мачете в другую руку. Пока всё это происходило, лысый поднял пистолет и взведя курок прицелился в седого. Правда выстрелить не успел. По затылку прилетел звонкий удар штыковой лопатой.

Лысый упал вперёд лицом. Увы несостоявшийся стрелок вышел из гонки, так как следующим ударом ему перерубили позвоночник в районе шеи. Лопата с хлюпаньем вошла в шею и вылезла уже залитая кровью.

— О!!! Бой века! Копейщик против мечника. Всегда было интересно кто выживет в такой схватке, в атаку мои марионетки! У вас осталось тридцать секунд — подбодрил я бойцов.

Мечник набросился на копейщика и увернувшись от первого удара рубанул по рукам, но клинок со звоном был отброшен обратным движением древка. После чего копейщик уже прислал ответочку мечнику. Тычковый удар прошел рядом с плечом, мечник рванул вперёд и схлопотал удар ногой в пузо.

Мечник, согнувшись упал на четвереньки. Сдавленное дыхание и занесенная лопата над головой. Вжух! БАХ! БАХ! БАХ! БАХ! Клац, клац. Лопата не успела достигнуть цели, а вот револьвер, который поднял седой вырвал четыре куска плоти у копейщика. Пошатнувшись, он мазнул рукой по дыркам сочившимся кровью и рухнул.

— Поздравляю ты победил. А они правда были твоими братьями?

— Да. Вот этот — мужик ткнул на лысого — мой родной старший брат, остальные двоюродные.

— Ну вы и мрази, конечно. Ничего святого.

— Если бы ты прожил нашу жизнь, то стал бы таким же.

— Спорить не стану, может ты и прав. Жизнь в трущобах не мёд. Воровство, голод, убийства, нищета. Но убить родного брата? Ладно, бросай своих ребят на корм свиньям и пошли.

— Куда?

— К тебе в гости.

Седой упал на колени, начал меня умолять пощадить его семью. Идиот, мне всего то нужны новые шмотки, да душ принять. Не могу же я к матери явиться с ног до головы залитым кровью.

Моего пленника звали Эстебан, тридцать пять лет, шестеро детей, не слышал о контрацепции. Пока он сгружал своих братьев к свиньям, я расхаживал из стороны в сторону и с отвращением наблюдал как хрюшки перемалывают мясо. Удивительные твари.

Закончив уборку, Эстебан помолился над стремительно уменьшающимися в размерах телами братьев. Он переоделся в рабочий комбинезон, висящий в углу амбара, и мы направились к выходу. Дом Эстебана располагался по соседству с амбаром. Завидев отца, дети выбежали ему навстречу.

Маленькие комочки радости облепили его ноги и радостно верещали, не обращая на меня ровным счётом никакого внимания, а я на секундочку был весь в кровищи! На порог дома вышла жена, насупленные брови, руки сложены на груди, она явно была недовольна промыслом мужа.

— Кто это? У нас нет еды, для того чтобы кормить лишний рот. Пусть убирается! Что за вопли у вас там были? Опять проблемы? — наорала жена на мужа, не дав ему сказать даже слова.

Удивительно как убийца дома оказался мальчиком для битья. Боевая баба, конечно. Эстебан замялся и с испугом покосился на меня. Пришлось брать разговор в свои руки.

— Синьора, были кое какие сложности, но мы их решили. Кормить меня не нужно, мне бы просто умыться, а заодно переодеться.

— У нас, по-твоему, магазин одежды? Ладно, проходи. — фыркнула дама и вильнув обширным задом исчезла в доме.