Книга Тень, страница 61 – Наталья Буланова

Я был уверен в своих знаниях. Держался только благодаря опыту. Давил в себе отцовские инстинкты, как мог. Впрочем, я этим уже месяц занимался. Чуть не сорвался, когда Бура накуролесил с кипятком, но понимал, что Леське нужно научиться разбираться с проблемами самой. Мое с ее мамой дело – просто быть рядом.

И я был.

Был, когда дочь вдруг с головой ушла под лед, и ее тут же унесло течением. Был, когда самый страшный кошмар родителя ожил перед глазами. Был, когда понял, что если случится непоправимое, я умру здесь же.

В этот миг я чуть разум не потерял, а сердце и вовсе осталось на берегу. Только тренированное годами тело и инстинкты спасли нас с дочерью. Я разбил лед, схватил лисенка за беспроигрышное – волосы, и вытащил наружу.

Вытащил, обернул в пуховик и крепко обнял.

Трясло. Меня от страха, а Леську, почему-то, от смеха.

Она хохотала все громче, а у меня на голове шевелились волосы.

— Леся! Лесь, – я отстранился, чтобы посмотреть дочери в лицо. – Лисенок!

Дочь смеялась так громко, широко улыбаясь. Все зубы видно!

Я ее такую никогда не видел.

Бредово, но она выглядела безумно счастливой.

— Это стресс. Адреналин, – успокаивал я.

Ее или себя?

Достал из кармана сигнальную ракету и запустил в воздух. Команда лис ждала в нескольких киллометрах. Зеленый цветовой сигнал означал, что помощь не нужна, вернемся сами, лисы свободны. Синий, что нужна помощь, подходите. Красный, что срочно нужен вертолет.

Красный. Определенно красный!

— Леся, ты можешь обернуться? Зверем сейчас теплее, шкура не будет мокрой, – попытался достучаться я через хохот до дочери.

И Лисенок прекратила смеяться, но не улыбаться. Кивнула и тут же обернулась песцом.

— Леся! – услышал я.

Это Бура бежал сюда со всех ног. Достал.

И парней, что ждали моего сигнала достал. Что он может со своими перевязанными лапами?

Но нет, бежит. Чернобурый прохвост.

Извинялся все передо мной. Думал, из-за него Леська сорвалась.

Много о себе мнит.

Я замотал потуже мою полярную лисичку в пуховик и выразительно посмотрел на приближающегося парня. Тот аж затормозил.

Послышался вертолет.

— Как Леся? – спросил Бура.

Я что-то так зол. Не хочу отвечать.

Но чернобурый сам уже увидел провал в реке и побледнел.

Вертолет приземлился, я заскочил в него с дочерью и закрыл дверь.

Бура смотрел на меня снизу, к нему как раз подбежали другие лисы. Никаких мук совести. Пусть едет со всеми на машине.

Я прижал к себе Лисенка.

Кира мне голову оторвет. Мы чуть ее не потеряли.

Я закрыл глаза и прижался к ее мордочке. В голове творился такой бардак, что я не мог облачить это ни в слова, ни в чувства. Я просто не выпускал своего единственного ребенка, пока Кира не вырвала ее у меня из рук.

Неженка похудела и осунулась за эти дни. Взглянула лишь мельком.

Я вывалился из вертолета, встал по привычке широко, спина прямая. Никто не знал, что душа у меня в узел. Проволок ноги до медицинского блока. Еще на подходе услышал веселый голос дочери. Смешинки, которые уже как год исчезли из ее интонации. Открыл дверь, боясь, что это галлюцинации. И увидел такую же ошарашенную Киру.

А Лисенок сидела в теплом махровом халате и, захлебываясь впечатлениями, рассказывала о своих приключениях. Страшные испытания для подростка казались ей веселым опытом.