Книга Счастье придёт весной. Песнь белого Волка, страница 135 – Александра Каплунова

— Бей! — взревел снизу Танвальд.

И небо почернело от стрел.

Я стреляла. Не знаю, попадала ли. Руки тряслись, перед глазами все мельтешило. Рядом рычал и рубил Бьорн, кого-то спихивали со стены баграми, кто-то с воплем летел вниз. Запахло смолой — внизу опрокинули котлы, и варги завизжали, обваренные. На миг мне показалось, что мы выстоим. Что эта стена их удержит.

А потом я увидела Танвальда.

Старый ярл бился у самых ворот, где напор был страшнее всего. Створки трещали под тараном, и он встал в проломе сам, секирой расчищая перед собой пространство, и вокруг него громоздились тела. Но их было слишком много. Я видела, как на него насело сразу несколько красномордых, как он свалил одного, второго…

И как сбоку на него с разбегу прыгнул варг.

— Ярл! — заорал кто-то.

Я не думала. Барабаны ударили в голове сами. Та сила, что я ощущала тогда на реке, поднялась из самого нутра, древняя и необъяснимая, и я потянулась к зверю, что навис над Танвальдом, оскалив пасть.

“Уходи. Это не твоя добыча” — знакомая уже команда.

Зверь дрогнул. Мотнул башкой. На один ослепительный миг нить протянулась, и чужая воля прогнулась подо мной…

А потом меня ударило в ответ.

Их было слишком много. Десятки чужих разумов, чужой ярости, боли и голода разом хлынули в меня по этой тонкой нити, захлестнули и смяли. Барабаны сорвались в визг. В глазах побелело, из носа хлынуло кровью, ноги подломились, и я осела на дощатый настил, не в силах даже вскрикнуть.

Одного. Я могла удержать одного.

Но не стаю.

После одного-то слегла на сколько дней, как я могу справиться здесь?

Сквозь белую пелену, что застилала мир, я видела, как варг все-таки рвет кого-то у ворот, как трещит наша линия. И как откуда-то сбоку ко мне пробиваются две фигуры.

Старуха Шидо. И за ней — Астрид.

Шидо опустилась передо мной на колени прямо на окровавленные доски. Сухие, твердые ладони сжали мое лицо, и глаза ее были совсем не старушечьи. Бездонные, точно в них раскрылось небо.

— Вот оно и пришло, огненноволосая, — проскрежетала она. — То, ради чего духи привели тебя в наш мир.

— Я не могу… — выдавила я, кашляя кровью. — Их слишком много. Мне… не сдержать.

— Одна — не удержишь, — кивнула старуха. И в голосе ее не было ни капли сомнения. — Потому мы и пришли за тобой.

Астрид подхватила меня под руки, вздернула на ноги.

— Идем, дочь моя, — сказала она. — Пора.

И они повели меня прочь от стены, вверх, к скалам — туда, где в утробе горы ждали обрядовые купальни.

А за спиной у меня рушился мир.

Меня вели тем же путем, каким когда-то, целую жизнь назад, вели в мой первый день невестой.

Плетеная арка. Узкий ход в камне. Тяжелый, влажный воздух, густеющий с каждым шагом. И вот уже знакомый зал: природные чаши, высеченные в скале, бирюзовая вода, что мерцала в полумраке, точно в ней растворили драгоценные камни. Рунические знаки на стенах, подсвеченные факелами.

Только теперь здесь не было служанок. Не было названных дочерей ярла в синих платьях с лицами-масками.

Только мы трое.

В дальнем зале, я знала, прятались женщины и дети с предгорных деревень — Астрид увела их сюда еще до рассвета. Оттуда доносился приглушенный плач младенца, тихий шепот. Целый народ, забившийся в чрево горы, пока наверху за него умирали.

— Раздевайся, — велела Шидо.