Книга Дом отравы и крови, страница 51 – Алексис Л. Менард

Я повернулась к ней, перестав разглядывать эту тошнотворную демонстрацию достатка.

— Когда мне было тринадцать лет, мы поехали на юг. Стало известно, что нас нет в городе, и Аттано воспользовались возможностью подорвать пути, чтобы наш вагон слетел с рельсов. Отец погиб в этой катастрофе, а наша вражда зашла в тупик, когда стало понятно, что ни одна из сторон не победит. Мы не могли себе позволить продолжать борьбу, и Аттано оставили нас в покое.

До позавчерашнего дня.

— Думаете, они раскаялись? – спросила она. – Я имею в виду, за то, что его убили.

— В семьях вроде наших не испытывают раскаяния. – Я жестом обвела комнату, где мы находились. – Мы сводим счеты.

Однажды после смерти отца я дала себе клятву, что если встречу кого-то из Аттано, то убью его. А вместо этого я вышла замуж за одного из них. Я спала в их постели и ходила по их дому без ножа за пазухой. Я разглядывала семейные портреты, достаточно большие и роскошные, чтобы заполнить собой всю стену, и слушала, как Сэра рассказывает все, что ей удалось узнать о каждом из членов семьи, пока я спала.

— Здесь три тетушки, один дядя и бабушка. Фран и Соломон женаты. Их дети: Эсме, Адлер и Гидеон. Единственные оставшиеся: Люсинда и Ианта. Лотар – приемный сын Люсинды.

— Лотар – приемный?

Теперь, когда я об этом подумала, все стало понятно. Его кожа была светлее, чем у кузенов, волосы рыжеватые, а телосложение куда более неуклюжее, чем у их предводителя. Который, как я, к своему сожалению, обнаружила, не был ни здоровяком, ни худышкой. Редкое сочетание сухой мускулатуры под загорелой кожей и умелых рук, которые могли обхватить мое горло.

Сэра перешла к следующему портрету, на котором было изображено младшее поколение семьи Аттано. Нико стоял в центре, его кузены, которых я уже видела, – по бокам. Молодая девушка, которая могла бы сойти за его сестру-близнеца, сидела на стуле, держа на коленях ребенка.

— Да, но он тоже несет След Бейна. Думаю, он может управлять звуком, но слышала от прислуги, что он много лет не пользовался своим Следом. Кажется, Нико – единственный маг, который может похвастаться множеством способностей.

— А они все управляют чем-то разным? – поинтересовалась я.

Она задумчиво наклонила голову.

— Адлер. – Она показала на самого младшего кузена – ростом пониже Нико, но с такой же стрижкой и глазами угольного цвета. – Он управляет огнем. Я слышала, что он умеет выпивать тепло из любого живого существа и использовать его, чтобы поддерживать пламя в своем камине. А Гидеон может управлять только воздухом, но достиг в этом умении больших высот.

Она указала на единственного кузена, изображенного на портрете с улыбкой. Черты его лица были мягче, или мне так показалось, потому что я уже была знакома с его осторожным прикосновениями и примирительным тоном.

— А она? – спросила я о красавице-кузине, что сидела на стуле.

С другой стороны огромного зала донесся еще один голос.

— Эсмерельса – главная чудачка в этой семье.

Я обернулась и увидела, что девушка, о которой я спрашивала, неторопливой походкой направляется к нам. На ней были спецовка сварщика и резиновые сапоги, а защитные очки-консервы она сдвинула на шею. По краям ее скул красовались пятна золы, но кожа вокруг глаз, там, где были надеты очки, осталась чистой.