Книга Симбиоз. Моя чужая вина, страница 24 – Майя Фабер

Чарли скрестила руки на груди и одарила его таким взглядом, словно оценивала перед покупкой:

— Решила подкормить тебя, пока окончательно не откинул копыта, — ехидно пояснила она, отводя глаза и отбрасывая со лба надоедливую прядь волос.

Том усмехнулся, пристально разглядывая напряженную фигуру девушки:

— И во сколько мне обойдется твоя забота?

— Будешь должен, — отрезала Чарли и демонстративно уселась на один из стульев, закинув ногу на ногу.

Том покачал головой, подошел к кастрюле и с подозрением заглянул внутрь. Ярко-зеленое содержимое по виду, предназначалось для медленного и мучительного убийства, а не для утреннего употребления.

— Это твое фирменное блюдо? — с иронией спросил он. — Приворотное зелье или отрава?

— Если будешь продолжать в том же духе, принесу и второе, — невозмутимо парировала Чарли, хотя в уголках ее губ промелькнула короткая улыбка. — Ешь уже, привереда.

Том зачерпнул немного супа, с сомнением поднес ложку ко рту и попробовал. Вкус оказался неожиданно приятным, хотя он скорее позволил бы себя пытать, чем признался бы в этом вслух. Чарли не отрывала от него взгляда, явно ожидая вердикта.

— Ну? — не выдержала она.

— Терпимо, — бесстрастно заключил Том, продолжая уверенно опустошать кастрюлю и старательно скрывая довольную ухмылку.

С завтраком было покончено быстро, но настроение сразу же испортилось, когда Том принялся за менее приятные дела — стянул окровавленный носок и начал осматривать глубокий порез на ноге, оставшийся после вчерашней драки в гравибусе. Чарли подобралась при взгляде на рану и процедила:

— У тебя хоть одно утро без кровопролития бывает?

— Конечно, — солгал Том, швыряя испачканный носок в сторону и потирая висок. Жалость была последним, что ему хотелось видеть на ее лице, хотя тайно он был благодарен за неожиданную заботу. — Что новенького?

Чарли встряхнула головой, словно прогоняя ненужные мысли, и, развернув виртуальное окно комма, перекинула ему ссылку.

— Беспорядки. Все как обычно. Хотя… есть и новенькое.

Том открыл видеофайл. Звука не было. Трансляция шла с летящего над центром города дрона. Он то поднимался, то снижался, огибал углы зданий. Том с детства не был в центре, но все-таки узнавал отдельные части сектора. Дрон завис над входом в кубическое белое здание, известное каждому на планете. Изображение замерло, в кадре оставались высокие непрозрачные двери с выгравированным на них подобием круглого глаза — эмблемой «Поддержания».

Двери разъехались, из них выбежал человек. Седой, упитанный, в тесном сером костюме, он резво двинулся к дороге. За ним спешила помощница в очевидно неудобной узкой юбке. К груди она прижимала папки, из которых торчали бумаги, часть из них, казалось, вот-вот вывалится и улетит. Дрон отдалился, увеличивая охват камеры. Парочка вышла к обочине, мужчина нервно набирал что-то на комме, через трансляцию было заметно, с каким трудом ему это давалось — слишком дрожали руки.

Из дверей показались еще двое в костюмах. Эти не спешили, остановились у входа, левый прокричал что-то длинное вслед уходящим. Девушка обернулась, дернула в ответ плечами, все-таки потеряв пару листов. На дорогу опустился гравимобиль, мужчина забрался в него, снова высунулся и что-то рявкнул. Девушка заметно вздрогнула и залезла тоже. Машинка рванулась прочь быстрее, чем ее автоматическая дверь успела закрыться.