Книга Развод с драконом. Хозяйка его сгоревшей клятвы, страница 2 – Лилия Романова

— Основание? — спросил хранитель.

На этот раз в зале стало тише. Даже огонь в чаше будто вытянулся ровнее.

Кайрен наконец повернул голову, но посмотрел не на меня, а куда-то мимо моего плеча.

— Несоответствие брачной клятве и положению хозяйки дома Дарров.

Я медленно вдохнула.

Вот оно.

Не просто развод.

Приговор.

Свидетели услышали. Палата услышала. Род услышал. Завтра это услышит вся столица, а потом все драконьи дома, которым важно знать, кто упал, кого отвергли и чьё имя можно больше не произносить с уважением.

Иллара чуть опустила ресницы. Вроде бы от смущения. Вроде бы от сочувствия. Но уголок её губ дрогнул так слабо, что это заметила, наверное, только я.

— Уточните, — сказал хранитель.

Кайрен сделал паузу. Слишком ровную. Слишком заранее отмеренную.

— Мирана Эш была принята в род Дарров как моя жена три года назад. Ей было доверено имя, доступ к внутреннему огню и право представлять дом в брачных и родовых кругах. За это время она не оправдала доверия.

Моё девичье имя ударило по слуху больнее, чем я ожидала.

Мирана Эш.

Он уже снял с меня Дарр, хотя Палата ещё не успела.

Я не повернула головы, но почувствовала, как свидетели зашевелились. Кто-то явно ждал слёз. Кто-то — оправданий. Кто-то, возможно, надеялся на сцену, чтобы потом пересказать её за закрытыми дверями с нужными интонациями.

Я молчала.

Кайрен продолжил:

— Дом Дарров нуждается в хозяйке, способной удерживать родовой порядок, принимать решения без слабости и не ставить личные чувства выше долга. Я пришёл к выводу, что этот брак был ошибкой.

Эти слова были красивыми.

Так обычно и убивают при свидетелях — красиво, чтобы кровь не испачкала пол.

— Ошибкой? — переспросила я.

Не громко.

Но достаточно, чтобы хранитель повернулся ко мне.

Кайрен тоже повернулся.

На мгновение наши взгляды встретились.

Серые глаза, в которых когда-то загоралось тёмное драконье золото, теперь были холодными. Только где-то глубже, за этой намеренной сталью, что-то дёрнулось. Не боль. Нет. Кайрен не позволил бы себе боли при свидетелях. Скорее досада на то, что я заговорила не тогда, когда было удобно.

— Да, — сказал он. — Ошибкой.

Я кивнула, будто приняла это слово как часть обряда. Внутри оно всё равно не поместилось. Три года брака, три года ожиданий, три года попыток стать той, кого примет его род, его дом, его огонь, — и всё это теперь называлось ошибкой.

Иллара сделала шаг вперёд.

Совсем маленький.

Но её тонкие пальцы, лежавшие на сгибе локтя, оказались видны всем.

— Госпожа Мирана, — произнесла она мягко, и от её голоса мне стало холоднее, чем от каменного пола под ногами. — Прошу вас, не усложняйте этот день. Для всех нас он непрост.

Для всех нас.

Я медленно повернула к ней голову.

Она была прекрасна той красотой, которая не спорит с залом, а подчиняет его себе. Светлые волосы собраны у затылка, лицо спокойное, глаза влажные ровно настолько, чтобы казаться доброй. На запястье — тонкая цепочка с крошечным знаком Вейнов, старого рода, который слишком долго искал путь к огню Дарров.

— Для вас он тоже непрост? — спросила я.

Иллара не смутилась.

— Я понимаю вашу боль.

Вот тогда во мне что-то почти треснуло.

Не от грубости. От вежливости.

Если бы она торжествовала открыто, было бы легче. Если бы улыбнулась, если бы прошипела что-то на ухо, если бы показала настоящее лицо — я бы выдержала. Но она стояла передо мной в Палате брачных огней, рядом с моим мужем, почти на моём месте, и предлагала мне своё понимание.