Книга Красная метка, страница 49 – Арсений Либис

Он шел прочь от усадьбы, не зная смеяться ему или плакать, когда его догнала запыхавшаяся служанка. Она сообщила, что госпожа Шимура имеет к нему некое дело. Конечно, Юэю не очень хотелось возвращаться в то место, где его едва не убили. Но помня о тех чудесных обстоятельствах, что привели его сюда, Юэй все же согласился. Госпожа, хоть и носила белое траурное платье, была очень приветлива и даже радостна. Она приняла его в личных покоях, отослала слуг и лично прислуживала ему за небольшим столиком, который ломился от вкуснейших блюд, многие из которых Юэй видел впервые. Юноша только заметил, что вдова является его ровесницей, к тому же весьма красива, намного красивее Саи, к которой он безуспешно сватался. Госпожа Шимура поведала ему, что вышла замуж более года назад и не могла родить господину наследника. Вызванный лекарь сообщил ей и господину, что госпожа, скорее всего поражена проклятием бесплодия. Господин Шимура после этого намеревался взять вторую жену, а госпожу отослать назад к родителям. Но этим планам помешала внезапно прилетевшая стрела, которая сделала госпожу Шимура весьма богатой вдовой. И она не знает, как и благодарить Небо и того, кто стал проводников его воли, то есть Юэя. Она покрыла лицо и грудь юноши тысячью поцелуев, Юэй почувствовал, как восстала его победоносная стрела. Он повалил госпожу Шимура на спину и впервые познал женщину. Для вдовы, которая до того знала только старого господина, этот раз был первым, который принес такое удовольствие, что она долго металась в сладостных конвульсиях, пока Юэй раз за разом орошал её заветную пещеру.

Вскоре юноша женился на госпоже Шимуре. Он оказался рачительным хозяином, который сильно преумножил богатства, что ему достались. Но он так бы и остался просто богатым землевладельцем, не будь он знаком с госпожой Манаи. Когда она уже стала женой великого Шио, то весьма возвысила Юэя. Как вы уже поняли, речь идёт о том самом Юэй-гуне, победителе Уру-хана, Хранителе Белого Дворца. Впрочем, он и сам проявил недюжинные таланты на военном поприще. Потому те, кто говорят, что Юэй-гун, величайший из полководцев Срединной империи после Шио, выдвинулся только благодаря этому, пусть прикусят свои грязные языки. Его славные победы в эпоху Регентства говорят сами за себя. И пусть он в дальнейшем поддался злу и погубил себя, это не умаляет его великих талантов и достоинств.

Что касается госпожи Манаи, она продолжила свой путь, памятуя о том, что лис, отправленных в погоню, было четверо. И четвертую лису, Фыркающую Насмешницу, она опасалась больше всего. До Ситая оставалось совсем немного, но девушка решила сделать крюк через северный лес, чтобы избежать встречи с последней лисой. Выйдя на поляну, ту самую, где Рю некогда выкопал чудесную лягушку, Ни решила переодеться. Она хорошо помнила тот свист и улюлюканье, которого удостоилась в городе Якши, когда решила пройтись по улицам города в подобном одеянии. Она сняла с себя серебряные шпильки, кроме одной, сложила сливовое платье, завязала все это в ткань и закопала в неприметном месте. Сама же оделась в бедную одежду. Теперь она выглядела точь-в-точь, как девушка-крестьянка, что отправилась в большой город, надеясь попасть в услужение в богатый дом. Солнце уже отправилось спать на вершину горы Нийпо, ворота крупных городов на ночь в те времена закрывались. Потому Ни стала искать ночлег в лесу, наутро рассчитывая попасть в столицу. Она уже собралась заночевать прямо на дереве, когда увидела в зарослях огонек. Подойдя поближе, девушка увидела одинокую хижину, стоящую среди леса. Это вызвало её подозрения, она до сих пор была под впечатлением от иллюзии военного лагеря, порожденной Пушистой Прелестью. Но обойдя хижину вокруг, Ни не обнаружила ничего странного и вызывающего опасения. Погоня и долгий путь сильно утомили госпожу Манаи, и она решилась постучать.