Книга Волчья ягодка, страница 93 – Виктория Рогозина

— Проси.

Я на секунду замялась, потом, облизнув пересохшие губы, решилась:

— Только не пойми неправильно… но я очень не люблю драки. Они меня пугают. — Голос немного дрогнул, я отвела взгляд. — И если ты не обидишься, я бы не хотела быть на соревнованиях. Не потому что не хочу поддержать… просто мне тяжело и больно смотреть бои, особенно когда дерутся знакомые.

Некоторое время он молчал. В тишине было слышно, как тикают часы где-то в другой комнате. Я уже приготовилась услышать возражения или насмешку, но Феликс спокойно произнёс:

— Хорошо. Можешь не идти.

Я удивлённо подняла глаза — без злости, без упрёков, просто принял.

— Но, — добавил он тихо, — тогда я хочу, чтобы ты ждала меня дома.

В голосе не было приказа — просто просьба, но с тем самым оттенком, от которого невозможно отказаться. Я улыбнулась, чувствуя, как с души словно спадает груз.

— Договорились, — прошептала я.

Такой компромисс меня устраивал. Кажется, и его тоже.

Я устроилась поудобнее, уткнувшись лбом в его плечо. Тепло, запах чего-то пряного и немного табачного, ровное биение сердца под щекой — всё это действовало убаюкивающе.

Тело постепенно расслаблялось, веки тяжелели. Последнее, что я почувствовала перед тем, как провалиться в сон, — его ладонь, осторожно накрывающая мои волосы.

Оксана поправила очки, прищурилась, глядя на меня поверх линз, и тихо сказала, будто подводя итог:

— Ну да, в стиле Волкова. Всё под контролем, всё по его правилам, и даже хаос у него работает на порядок.

Я молча обвела ложкой дно чашки, смотря, как на поверхности кофе расползаются тонкие радужные круги. Казалось, даже от этого движения пахло вчерашним страхом, шумом, криками, адреналином.

— Это был какой-то ужас, — выдохнула я наконец. Голос всё ещё дрожал. — Я бежала, думала, не успею. Там этих... их было много. И если бы не женщина с ларьком…

Я рассказала всё — сбивчиво, торопясь, перескакивая с фразы на фразу, будто сама снова переживала тот вечер. Как в какой-то момент за спиной послышались тяжелые шаги, как ларек стал спасением, как дверь дрожала под ударами. Как Волков появился, будто из ниоткуда, и за считанные секунды всё закончилось. Оксана слушала, не перебивая. Только сдвигала брови и постукивала ногтем по чашке, когда я замолкала, чтобы перевести дыхание.

— Поверить не могу, — наконец сказала она. — Это всё звучит… как из фильма. Но, зная Волкова… да, вполне похоже. У него всегда всё — по-настоящему, без полутонов. И, главное, ты цела.

Я кивнула, чувствуя, как неприятно ломит виски. Казалось, голова до сих пор полна звуками — визг шин, удары, крики. Хотелось просто забыть.

В этот момент в столовой стало шумнее: за соседним столом кто-то громко смеялся, звякнула ложка о блюдце. К нам подошли Ратмир и Алекс. Ратмир, как обычно, улыбался во весь рот, растрепав волосы, а Алекс держался чуть в стороне, с той самой холодной, собранной уверенностью, которая всегда напоминала о Волкове.

— Ну что, девчонки, — с бодрой интонацией начал Ратмир, — придёте на вечеринку?

Я вздрогнула — слово «вечеринка» отозвалось неприятным воспоминанием о посвящении. Перед глазами на миг мелькнул тот вечер: громкая музыка, чьи-то выкрики, напитки вылитые на меня и взгляд Волкова из темноты зала, прямой и пронзающий. Я невольно поморщилась. Алекс заметил это, чуть склонил голову и, сдержанно, будто из вежливости, добавил: