Книга Снежная Принцесса Для Дракона, страница 128 – Алекса Рид

Свадебная церемония должна была начаться в полдень.

Но ещё за час до этого главный собор королевства был заполнен до отказа. Аристократы, прибывшие со всех концов страны, иностранные послы, высшее духовенство, всё это колыхалось, гудело и переливалось драгоценностями под высокими сводами, украшенными тысячами белых роз, покрытых тончайшим, искрящимся инеем.

Я смотрела на это великолепие из бокового придела, скрытая от глаз тяжёлой бархатной портьерой. Рядом со мной стоял отец, облачённый в парадный мундир, от которого отвык за годы мирной жизни. Он то и дело поправлял воротник и тяжело вздыхал.

— Не волнуйся, папа, — шепнула я. — Ты справишься. — Я-то справлюсь, — проворчал он. — А вот он пусть только попробует сделать тебя несчастной. Я ему голову оторву, даже если он теперь официально мой зять.

Я улыбнулась, чувствуя, как напряжение последних недель понемногу отпускает. Орган заиграл торжественную прелюдию. Гул голосов стих. — Пора, дочка, — сказал отец, протягивая мне руку.

Я сделала глубокий вдох. И шагнула в свет. Собор был огромен. Казалось, его своды уходят в самое небо, теряясь в сиянии хрустальных люстр. Тысячи свечей отражались в полированном мраморе пола, создавая иллюзию, что мы идём по звёздному небу. Белые розы, усыпавшие алтарь и колонны, переливались холодным, чистым огнём.

Но я не видела ни сводов, ни цветов, ни тысяч глаз, устремлённых на меня. Я видела только его.

Ричард стоял у алтаря рядом с королём, своим отцом, облачённый в парадный мундир цвета ночного неба, расшитый золотыми нитями. Его волосы были безупречно уложены, осанка, идеальна, лицо, непроницаемая маска наследника престола.

Но его глаза. Его глаза, когда он увидел меня, в них вспыхнуло то самое, живое, настоящее, что я научилась узнавать за эти месяцы. Изумление. Восхищение. И такая бездна нежности, что у меня перехватило дыхание.

Орган играл. Мы шли к алтарю, я и отец, чья рука под моей ладонью заметно дрожала. Шлейф платья струился за мной, словно серебристая река. Диадема Винтерхаллов мерцала в свете свечей.

Я не помню, что говорил священник. Не помню пышных фраз о долге и государственной пользе, которые произносили король и сановники. Всё это было как сквозь воду, важное, но далёкое.

Я помню только, как отец передал мою руку Ричарду. Как его пальцы сомкнулись вокруг моих, тёплые, сильные, уверенные. Как он смотрел на меня.

— Я, Ричард из рода Драконов, наследный принц, будущий король — его голос, низкий и звучный, заполнил собор, — беру тебя, Хлою из дома Винтерхалл, в свои законные супруги. Клянусь быть твоей опорой и защитой, разделить с тобой радость и горе, богатство и бедность, здоровье и болезнь. Клянусь чтить твой дом как свой, твою семью — как свою, твою свободу — как святыню. И да будут свидетелями моей клятвы боги и корона.

Он замолчал, и в его глазах я увидела вопрос. «А ты?» Я сделала вдох. И мои слова, чистые и ясные, поднялись под высокие своды.

— Я, Хлоя Элис Винтерхалл, беру тебя, Ричарда, в свои законные супруги. Клянусь быть не просто королевой рядом с королём, а твоим равным партнёром, твоим другом, твоей опорой в час сомнений. Клянусь защищать наш дом, любой, который мы назовём своим, — так же рьяно, как защищала свой северный замок. Клянусь никогда не позволять страху управлять моими решениями. И клянусь, что если ты вдруг забудешь, кто ты есть на самом деле, я напомню тебе.