Книга Ты будешь моей, страница 58 – Ева Малиновская

На секунду она молчала.

Потом легла рядом на спину.

— Ну, судя по тому, как ты сейчас выглядишь, оно и так уже очень реальное.

Я простонала и закрыла лицо подушкой.

— Я хочу новую жизнь.

— Поздно.

— Отлично.

— Он тебе написал?

Я медленно опустила подушку.

— Откуда ты знаешь?

Ася приподняла брови.

— Потому что я бы на его месте уже оборвала тебе телефон.

Я молча показала ей экран.

Она прочитала сообщение и присвистнула.

— “Не убегай от меня”? Господи, какой ужас.

— Вот именно.

— Это очень горячо.

— Ася!

— Что? Я честна.

Я уткнулась в подушку.

— Я не знаю, что делать.

— Хочешь совет?

— Нет.

— Тогда всё равно дам.

Я застонала.

— Ты не обязана сегодня решать, что он для тебя значит. Но ты уже не можешь врать себе, что он ничего для тебя не значит.

Я молчала.

Потому что это было правдой.

Потому что врать себе после такого поцелуя уже было не просто сложно.

Это было бы смешно.

И жалко.

Телефон завибрировал снова.

У меня внутри всё вздрогнуло.

Ася посмотрела на меня как хищник на жертву.

— Открывай.

— Нет.

— Ника.

— Нет.

— Открывай.

Я всё-таки взяла телефон.

Новое сообщение от Марка.

Я стараюсь оставить тебя в покое.

Но у меня получается так себе.

Я уставилась на экран.

И почему-то именно эта фраза — не наглая, не дерзкая, почти честная — окончательно добила.

Потому что я слишком хорошо поняла, что он имеет в виду.

С ним тоже происходило что-то, что он уже не может нормально контролировать.

И это было так же страшно, как мои собственные чувства.

— Что там? — не выдержала Ася.

Я молча показала ей экран.

Она прочитала, потом медленно повернулась ко мне.

— Всё.

— Что — всё?

— Всё, Ника. Вы оба пропали.

Я закатила глаза, но спорить не стала.

Потому that сил уже не было.

Вообще.

И, наверное, именно поэтому ответ Марку я написала почти сразу.

Очень короткий.

Очень осторожный.

Тогда хотя бы не делай хуже.

Отправила.

И в ту же секунду пожалела.

Потому что это уже был не игнор.

Не бегство.

Не защита.

Это был разговор.

Ответ пришёл почти мгновенно.

Поздно.

Хуже уже не будет.

Будет только сильнее.

Я уставилась на экран так, будто он сейчас загорится у меня в руках.

Ася тихо присвистнула рядом.

— Господи, я бы на твоём месте уже уехала из страны.

Я закрыла телефон и откинулась на подушку.

Потому что Марк Громов, кажется, вообще не собирался оставлять мне пути назад.

И хуже всего было то, что я уже не была уверена, что хочу этот путь искать.

Да, это мимо. Слишком слащаво вышло.

Я проснулась злая.

Не сонная, не растерянная, не задумчивая, а именно злая — на себя, на Марка, на этот идиотский поцелуй, на весь вчерашний день, который до сих пор стоял у меня перед глазами будто его туда вшили.

В комнате было серо. За окном моросил дождь. Ася ещё спала, уткнувшись лицом в подушку, а я уже сидела на кровати и смотрела в одну точку, понимая только одно:

сегодня я увижу его.

И вот это бесило больше всего.

Потому что вчера ночью, лёжа в темноте, я сто раз сказала себе, что с утра всё будет проще. Что эмоции осядут. Что я приду в университет, посмотрю на Марка Громова обычными глазами и пойму, что ничего катастрофического не произошло.

Да.

Конечно.

Как же.

Стоило только вспомнить, как он целовал меня в том пустом коридоре, как у меня сразу опять вспыхнуло лицо.