Книга Мой персональный Люцифер, страница 107 – Энже Граф

И мое сердце дрогнуло.

Он познакомил меня со Стасом ‒ и меня поразило то, что такой человек, как Демьян, вдруг умеет дружить и при этом бесконечно дорожит этой дружбой. Я видела, как он прислушивается к Стасу, как внимательно его слушает, как улыбается, как расслабляется его лицо ‒ и не узнавала Радова. Он будто действительно изменился.

И каждый раз, когда он показывал себя нового, я все больше и больше начинала чувствовать к нему что-то, подозрительно похожее на симпатию.

Я даже познакомила его с Полей. Жутко боялась и не спала накануне их встречи, но все оказалось зря: он вел себя с ней так, будто она была хрустальной вазой, драгоценной хрустальной вазой, которую надо беречь изо всех сил. Тогда, во время этой встречи он впервые мной пренебрег: он ухаживал за Полиной так, что я…

Заревновала.

И почувствовала себя последней идиоткой. А еще…

Я поняла, что он стал мне небезразличен. Что медленно, но верно влез в мое сердце. Но он все еще был зверем. Пусть затаившимся, пусть казался прирученным, но…

‒ Что ты о нем думаешь? ‒ взволнованно спросила я Полю сразу после того, как мы расстались с Демьяном.

Если Поля скажет мне его бросить, я так и сделаю. Буду сожалеть, но…

‒ Злодейский! ‒ пискнула Поля восхищенно. ‒ Идеальный злодейский психотип! Как ты думаешь, он согласится для меня позировать?!

А еще Демьян оплатил ей лучших специалистов. И я не стала отказывать, впервые приняла его помощь, потому что все это было ради Поли. Специалисты не сказали ничего нового, но сам факт того, что он озаботился ее здоровьем…

Окончательно меня покорил. Я больше не смотрела на него, как на психа. Даже спросила как-то раз, с чего же он на меня так разозлился, но он тогда рассмеялся и сказал, что забыл. Помнится, я вышла из себя, но быстро успокоилась. Я впустила его в свое сердце.

Но все еще опасалась. И хотела провернуть последнюю проверку. Если он ее пройдет, я больше не буду его мучать ‒ и позволю себе его любить.

Поэтому, когда я завожу разговор об Алексе, мои пальцы холодеют ‒ но мое лицо так спокойно и расслабленно, как только возможно.

— После того, как ты оставил его в покое, ‒ говорю я, ‒ он сумел выправить бизнес своего отца и вернуть его на прошлый уровень. А затем послал отца к черту и ушел. Говорят, сейчас его ресторан пользуется большим успехом, он даже подумывает расширяться и открыть второй филиал восточнее. О, еще он пишет, что ужасно по мне скучал. Нам с ним многое нужно обсудить, ты так не считаешь?

На лице Демьяна живы только глаза. Он весь деревенеет, его тело напрягается. Мое сердце стучит, как бешеное, кожа покрывается мурашками, и, когда Демьян говорит, я едва удерживаюсь от того, чтобы не поежиться:

— И ты хочешь с ним встретиться?

Демьян ‒ псих. Демьян ‒ зверь. Последние два месяца он упорно пытался заставить меня об этом забыть, но сейчас он реально выглядит как хищник, который готов наброситься. Чувствую смятение, страх — и надежду.

Пожалуйста, Демьян, пройди эту последнюю проверку. Умоляю тебя.

— Да, ‒ я выдаю самую свою лучезарную улыбку, ‒ а что, ты против?

Тишина. Я изучаю его лицо. Демьян отворачивает голову, но я вижу, что он как натянутая тетива, готовая вот-вот сорваться.

— Ты можешь делать, ‒ наконец, говорит он, ‒ все, что захочешь.