Книга Пышка. Скандал для миллиардера, страница 12 – Айрин Лакс

Я дергаюсь, пытаюсь вырваться, но он держит крепко.

— Пусти, извращенец! Я буду кричать! Я заявление напишу! В полицию! Пал Санычу! Всем!

— Попробуй, — он склоняет голову набок, разглядывая меня, как экспонат в музее. — А я тебе выставлю претензию за миллионные убытки. По твоей вине. Отрабатывай, пышка! И, может быть, я про долги забуду!

Олеся

Я замираю. Какие убытки? О чем он вообще?

— Ты мне должна, Леся. Отрабатывать будешь. Долго и горячо.

— Ничего я не буду! — снова дергаюсь я. — Отпустите!

Но он не отпускает. Смотрит. Вниз.

И вдруг хмыкает странно, с интересом.

— Люблю гладеньких, — говорит он задумчиво. — А ты с пушком. Необычно!

Я чувствую, как краска заливает не только лицо, но и грудь, и плечи. Боже, он туда смотрит?!

— В следующий раз выбрейся хорошенько, — добавляет он и отпускает мои руки.

Но только для того, чтобы прижать меня к стенке.

Я в ловушке.

Буквально зажата в углу этого дурацкого летнего душа, спиной к холодным доскам, лицом к горячему, мокрому телу миллиардера.

Вода все еще льется, но уже совсем не теплая, все… Кончилась тепленькая, насос включился и пошел качать ту воду, что для полива, из бочки.

Прохладная!

Но миллиардеру будто плевать.

Хасанов совсем берега попутал.

— Пусти! — шиплю я, упираясь ладонями ему в грудь.

Бесполезно. Он как скала. Горячая, мокрая, наглая скала.

Его руки везде. Скользят по моей талии, сжимают бедра, зарываются в волосы. Я пытаюсь отбиваться, но он намного сильнее.

— Тише, — выдыхает он мне в шею. — Тише, дурная.

Голос низкий, хриплый, и от этого голоса у меня подкашиваются колени.

Он мнет мою грудь. Прямо так, без спроса, нагло и жадно. Как тесто, которое я сегодня месила. Сжимает в ладонях, гладит большими пальцами соски, которые и так стоят торчком от этого безумия.

— Какая же ты... — шепчет он. — Сладкая. Горячая. Вся моя.

— Я… Ничья! И уж точно не твоя! — пытаюсь выкрикнуть, но выходит какой-то писк.

Шлепок по бедру.

Звонко, обжигает! Я вздрагиваю и вскрикиваю.

— Будешь спорить? — усмехается он.

Он повсюду — горячий, жаркий и без тормозов. Его ладони на моей заднице, пальцы жадно сминают ягодицы.

Жаркое дыхание на моей шее, зубы прикусывают мочку уха.

И там, внизу, я чувствую ЭТО.

Огромное. Твердое. Горячее.

Он трется им об мои бедра.

Его член пульсирует, словно живет своей отдельной жизнью.

Громадная штуковина. Серьезно, громадная. Я таких только в порно видела, и то думала — монтаж.

А сейчас это реальность.

Кажется, он не надел трусы под шорты, бесстыжий.

Просто сдернет тряпочку…

Просто возьмет и насадит меня на этот дрын и отымеет. Прямо здесь, в моем душе, под шум воды

Он меня таким орудием до матки порвет! Я ж не резиновая!

Что же делать?!

— Какие убытки? — выдыхаю я с трудом, цепляясь за хоть какую-то мысль, чтобы не утонуть в этом безумии. — Какой ущерб?

Потому что его прикосновения заводят! Боже прости, они заводят! Тело откликается, низ живота тянет, там, между ног, уже мокро, и я ненавижу себя за это. Но ничего не могу поделать.

— Такие, — рычит он, но вдруг останавливается.

Отстраняется на секунду и сует мне в лицо телефон, который был закреплен на руке в чехле для бега. Мокрый, в каплях воды, но экран горит.

Там видео. И там я.

Сижу на лавочке во дворе, чищу яблоки на джем. Запись сделана близко, очень близко…