Книга Муж года. Изменил, обокрал, пролетел, страница 31 – Елена Валерьева

Я уставилась в лобовое стекло, по которому ползли капли.

— Знаете, что самое мерзкое? Он ведь, наверное, реально думал, что у него всё получится. Что я не замечу. Что дети переживут. Что бизнес как-нибудь переварит. Что эта вся… новая жизнь просто плавно вырастет на месте старой.

— Это обычная ошибка людей, которым слишком долго всё сходило с рук, — сказал Алексей.

— И вы так спокойно это произносите.

— Я просто много раз видел, как самоуверенность путают с неуязвимостью.

Я повернулась к нему.

— А вас когда-нибудь предавали?

Вопрос сорвался сам. Личный. Неловкий. Непрошеный.

Он помолчал пару секунд.

— Да.

— Сильно?

— Достаточно, чтобы после этого я перестал путать близость с гарантией.

Вот ведь. Один ответ. Спокойный. Без театра. А в груди вдруг стало так тесно, будто кто-то неосторожно задел старое место, которое я даже не знала как назвать.

— Понятно, — сказала я тихо.

— А вас?

Я улыбнулась углом рта.

— Прямо сейчас, кажется, в процессе.

Он посмотрел на меня долго. Мягко. Без жалости. И это, чёрт возьми, было опасно приятно.

— Вы выберетесь, — сказал он.

— Откуда такая уверенность?

— Потому что вы уже выбрались наполовину. Осталось только самой в это поверить.

Когда я вышла из машины, дождь почти закончился. Но внутри меня что-то наоборот только начинало растаивать. И это было не к Игорю. Совсем не к нему.

В субботу вечером случилась кошачья диверсия. Не метафорически. Буквально. Игорь, как оказалось, всё ещё пытался вести параллельную жизнь. Сложнее, нервнее, местами глупее, но пытался. И вот однажды, вернувшись с очередной «встречи», он оставил телефон на кухонной столешнице, ушёл в душ, а Федор — великий серый вершитель судьбы — запрыгнул ровно туда, куда не надо. И сел. На экран.

Телефон ожил. Я стояла у плиты и жарила детям куриные котлеты — сочные, с зеленью, чесноком и тёртым кабачком, чтобы было нежнее и чтобы совесть не орала, будто я опять кормлю семью только вкусным. В духовке доходила брокколи с пармезаном, в кастрюле булькало пюре, пахло сливочным маслом, мускатом и домом, который держится не на мужчинах, а на женщинах с хорошей организацией и крепкими нервами.

Телефон пиликнул. Я машинально посмотрела. Сообщение.

Марина:

Если ты опять сейчас сольёшься, можешь больше не приезжать. Я не для того терплю весь этот цирк.

Я медленно выпрямилась. Федор, всё ещё частично сидевший на телефоне, поднял на меня глаза.

— Вот же ты скотина полезная, — сказала я.

Он моргнул с достоинством. Я взяла телефон.

Переписка была короткой — видимо, Игорь уже начал чистить хвосты тщательнее. Но и того, что осталось, хватало. Требования. Обиды. Намёки на обещания. Фотография какого-то ресторана. Сообщение от неё с подписью: «Хочу так каждые выходные, а не это твоё нытьё про время».

Господи. Даже любовницу он выбрал себе не для нежности, а по принципу: побольше затрат и поменьше смысла.

Я не успела дочитать. Из ванной донёсся звук выключенного душа. Я быстро вернула телефон на место. Федор всё понял и соскочил сам. Великий соучастник. На кухню вошёл Игорь, вытирая волосы полотенцем.

— Что на ужин?

Я посмотрела на него очень внимательно. Потом улыбнулась.

— О, сегодня у нас котлеты. Семейный формат. Тебе, наверное, привычнее было бы в ресторане, но уж что есть.