Книга Эхо нашего лета, страница 70 – Эвелин Грин

— Нам не о чем говорить наедине, Вадим, — ровно ответила она, не выходя из-за стойки. — Если это касается раздела имущества — мой адвокат выслал тебе все предложения. Если это касается «будущего» — оно здесь. И оно тебя не касается.

Вадим усмехнулся, сделав шаг вперед. — Здесь? Серьезно? Лена, посмотри на себя. Ты променяла карьеру в лучшем бюро страны на... торговлю книжками в этой дыре? Я приехал, чтобы забрать тебя. Я договорился с банком, я закрою твой долг, если ты вернешься и мы попробуем всё сначала. Без этого твоего... плотника.

Марк сделал шаг из-за стойки, но Лена выставила руку, останавливая его. Она хотела закончить это сама.

— Ты не понимаешь, Вадим, — тихо сказала она. — Ты никогда не понимал. Ты приехал «закрыть долг», а Марк помог мне построить фундамент. Ты предлагаешь мне «попробовать сначала» в клетке, а я здесь — дома.

Она достала из-под стойки тот самый казенный конверт из Союза Архитекторов и положила его перед бывшим мужем. — Моя карьера не закончилась. Она только началась. По-настоящему. А теперь уходи. Мой рабочий день окончен.

Вадим посмотрел на письмо, затем на Марка, который стоял за плечом Лены как нерушимая стена, и внезапно понял: он здесь лишний. Совершенно. Его лоск, его деньги и его влияние здесь не стоили ничего.

Когда за ним закрылась дверь, Лена выдохнула. Она чувствовала себя так, словно только что сбросила с плеч тяжелый, промокший насквозь плащ.

— И часто он такой самоуверенный? — спросил Марк, обнимая её сзади.

— Всегда, — ответила Лена, поворачиваясь к нему. — Но это больше не имеет значения. Мы едем в Москву?

— Едем, — кивнул Марк. — Но только за наградой. И сразу обратно. У нас веранда не достроена, капитан. Море ждать не будет.

За окном наконец-то утихла метель. В порту зажегся первый сигнальный огонь, и его свет, отражаясь от льда, наполнил «Маяк» мягким, призрачным сиянием. Они были готовы к новому этапу — вместе.

Москва встретила их промозглой февральской слякотью, оглушительным гудком застрявших в пробках машин и серым небом, тяжело нависающим над высотками.

Лена смотрела в окно такси, пока они медленно продвигались, и ловила себя на странной мысли: этот город, который долгие годы был для нее центром вселенной, мерилом успеха и амбиций, теперь казался абсолютно чужим. Холодным, шумным и слишком суетливым.

Она перевела взгляд на Марка. В темно-синем костюме, сшитом на заказ еще для каких-то давних выставок его мебели, он выглядел непривычно строго, но эта строгость ему невероятно шла. Широкие плечи, спокойная уверенность в каждом движении — рядом с ним любой столичный лоск казался дешевой подделкой. Он поймал ее взгляд и ободряюще сжал ее руку.

— Дыши, капитан, — с мягкой усмешкой произнес он. — Это просто каменные джунгли. Мы возьмем свое и вернемся к морю.

Церемония награждения проходила в модном лофт-пространстве на территории бывшего винзавода. Огромные кирпичные своды, приглушенный свет, звон бокалов с шампанским и тихий гул голосов — вся московская архитектурная элита собралась здесь.

Лена в своем элегантном, но простом черном платье чувствовала себя уверенно. Марк ни на шаг не отходил от нее, его присутствие служило невидимым щитом от оценивающих взглядов бывших коллег.