Книга В разводе. Ты забрал мою жизнь, страница 8 – Ирина Суздалева

— Ну прости, — муж равнодушно, небрежно, почти скучающе пожимает плечами. — Мне выдался второй шанс, и я хочу им воспользоваться по полной, — в глазах Льва нет ни капли раскаяния. Ни одной. В его омутах зияет пустота. Муж отходит к окну, скрещивает руки на груди, смотрит на дождь, который все не кончается и, даже не оборачиваясь, продолжает говорить:

— Чахнуть, сидя у кровати больной жены, я не собираюсь. Лучше я буду жить полной жизнью!

Я же все также сижу на кровати, обхватив колени, и чувствую, как мир снова идет трещинами. Как земля уходит из-под ног. Как воздух становится густым и вязким, и никак не получается вдохнуть полной грудью.

А ведь я “чахла”. Спала на соседней койке, мучаясь от боли. Не выходила на улицу, потому что боялась оставить его одного хотя бы на минуту. Держала Льва за руку, когда ему было плохо. Кормила его с ложки, когда у него не было на это сил. Я отдала мужу свою почку, когда его обе отказали. Не думала о себе ни секунды.

“Это же Лев”, — раз за разом повторяла мысленно. — “Мой муж. Моя жизнь. Мое все”.

А он… он отплатил мне изменой. С девчонкой, которую я действительно считала дочерью. С Кристиной. Моей племянницей. Дочкой Светы.

Закрываю глаза, и передо мной встают старые воспоминания.

Кристина маленькая, с бантами, бежит ко мне, приехав на мой день рождения.

“Тетя Аля, смотри, что я нарисовала!”

Я тогда повесила ее рисунок на холодильник и гордилась так, будто это моя собственная дочь нарисовала шедевр.

Я знала, что Кристина немного избалована. Еще бы, мать дула ей в мягкое место всю жизнь, исполняла каждый каприз, бегала перед дочуркой на цыпочках, лишь бы “Кристиночка была счастлива”. Я видела, что Света перегибает, но старалась не осуждать, все-таки это не моя дочь, хоть и одна кровь.

Но даже несмотря на все это, когда сестра просила помочь — деньгами, вещами, связями — я помогала. Когда Кристина поступала в университет, я оплатила половину обучения. Когда племянница впервые влюбилась, а потом ей также впервые разбили сердце, я слушала ее слезные рассказы и гладила по голове. Когда Кристине нужна была работа, я устроила ее в свою фирму, на хорошую должность, с хорошей зарплатой. Я водила ее по кафе, покупала подарки на праздники, радовалась ее успехам, как своим.

Кристина часто звонила мне, называла меня “тетя Аля” и целовала в щеку, а я таяла.

У меня не было своих детей, наверное, поэтому я видела в Кристине ту самую дочку, которую очень хотела.

И в итоге — моя “малышка”, с которой мы были очень близки, сотворила нечто столь ужасное, что у меня не хватает слов. Она легла в постель с моим мужем. Пока я лежала в больнице. Пока я боролась за свою жизнь. Пока я думала, что Лев задерживается на работе. Пока я скучала по собственному мужу, он целовал ее. Пока я молилась, чтобы наши отношения наладились, Лев нашел мне замену.

Открываю глаза. Смотрю на Льва, который все так же стоит у окна, спиной ко мне, и не оборачивается. В моей груди поднимается что-то темное, тяжелое, удушающее. Я не хочу этого чувствовать, но не могу остановить.

— Лучше ты будешь жить полной жизнью… с моей племянницей? — спрашиваю удивительно ровным тоном, хотя у меня внутри все кипит, все горит, все рушится окончательно и бесповоротно. — Кристина в постели лучше, чем я? Или ты ее за интеллектуальные способности выбрал?