Книга Как профукать праздник. Любовь в больничной палате, страница 85 – Екатерина Мордвинцева

— Саша...

— Но решать тебе, — он отпустил моё лицо и отступил на шаг. — Если ты хочешь, чтобы я ушёл — я уйду. Если ты думаешь, что нам лучше не быть вместе — я пойму. Если ты боишься, что я приношу несчастья — я не буду тебя переубеждать. Но я хочу, чтобы ты знала: я люблю тебя. Я люблю тебя, Кристина. И я никогда не сделаю тебе больно.

Я смотрела на него, и слёзы текли по щекам, застилая глаза. Он стоял в двух шагах от меня, и между нами была пропасть, которую я сама создала.

— Я боюсь, — прошептала я. — Я так боюсь.

— Я знаю, — он не двигался с места. — Я тоже боюсь.

— Чего?

— Потерять тебя, — сказал он. — Потерять так, как потерял её. Не успеть. Не сказать. Не сделать. Я боюсь, что ты уйдёшь, и я останусь один. Снова.

Я шагнула к нему. Он не двинулся, и я шагнула ещё раз, и ещё, пока не оказалась вплотную.

— Прости меня, — сказала я, уткнувшись лицом в его грудь. — Прости, что я такая трусиха. Прости, что сомневалась. Прости, что ушла.

Он обнял меня, и я почувствовала, как его руки смыкаются вокруг меня, как он прижимает меня к себе, как его сердце бьётся где-то рядом.

— Не надо, — сказал он. — Не надо извиняться. Я понимаю. Я всё понимаю.

— Я люблю тебя, — прошептала я. — Я так тебя люблю, что мне страшно. Страшно, что это закончится. Страшно, что ты исчезнешь. Страшно, что я останусь одна.

— Не останешься, — он поцеловал меня в макушку. — Я здесь. Я никуда не уйду.

Мы стояли на набережной, обнявшись, и ветер дул с реки, и снег кружился в воздухе, и я чувствовала, как его тепло согревает меня. Не только тело — душу.

— Саша, — сказала я, когда смогла говорить.

— Да?

— Ты прав. Я не должна была уходить. Не должна была молчать. Не должна была сомневаться. Просто... когда я прочитала ту статью, мне показалось, что я ничего о тебе не знаю. Что ты чужой. А потом я испугалась, что ты притягиваешь беду. Что я притягиваю. Что мы вместе — это катастрофа.

— И что теперь? — спросил он.

— Теперь я знаю, что это не так, — я подняла на него глаза. — Ты не притягиваешь беду. И я нет. Просто жизнь... она такая. Иногда больно. Иногда страшно. Но это не значит, что нужно бояться любить.

Он улыбнулся, и я увидела, как его лицо светлеет.

— Ты права, — сказал он. — Не нужно бояться.

— И я не хочу больше бояться, — я сжала его руку. — Я не хочу, чтобы между нами были секреты. Я не хочу, чтобы ты что-то скрывал. Я не хочу, чтобы мы ссорились из-за того, что не сказали вовремя.

— Я тоже не хочу, — он поцеловал меня в лоб. — Давай договоримся: никаких секретов. Никаких недоговорённостей. Если что-то беспокоит — говорим сразу. Хорошо?

— Хорошо, — я кивнула. — И никаких уходов посреди ночи.

— Это ты мне обещаешь? — он усмехнулся.

— Обещаю, — я улыбнулась. — И ты обещай.

— Обещаю.

Мы стояли на набережной, обнявшись, и снег падал на наши плечи, и я чувствовала, как внутри меня что-то меняется. Страх уходит. Сомнения тают. Остаётся только любовь.

— Замёрзла? — спросил он.

— Немного, — призналась я.

— Пойдём домой, — он обнял меня за плечи. — Я сделаю кофе. Или чай. Что хочешь.

— Чай, — я прижалась к нему. — С имбирём. Как ты умеешь.

— Хорошо, — он поцеловал меня в висок. — Пойдём.

Мы пошли по набережной, держась за руки, и я смотрела на замёрзшую реку, на снег, который кружился в воздухе, и думала о том, как странно устроена жизнь. Ещё вчера я боялась, что мы не справимся. Боялась, что прошлое разрушит нас. А сегодня я иду с ним по улице, и мне тепло, и я знаю, что всё будет хорошо.