Книга Мороз и Солнце(ва). Проект Северное сияние, страница 24 – Татьяна Любимая

— Давай.

— И кстати, ты почти угадала. Моя фамилия Морозов.

Настя

Мне неловко перед Артемом, что он видел меня в слезах, но он делает вид, что все в порядке. Помогает надеть куртку и ведет меня прямиком в свой отель.

Слепо иду за ним, варясь в своих мыслях.

А подумать есть о чем. О папином завещании. Точнее, двух. Том, что я нашла сегодня в старом альбоме, и том, что зачитал нам нотариус.

Там даже формулировки разные! Как я не заметила при чтении «последней воли» отца? Горевала долго, переживала, что осталась одна.

Я теперь вспоминаю, каким торжествующим и фальшиво сочувствующим взглядом смотрела на меня Алла Алисовна, как откровенно ликовала Маша. Надо было оспорить завещание, но я отступила. У мачехи такие связи, что не было смысла затевать тяжбу. А теперь, с помощью открывшихся обстоятельств и Артема, я заберу у нее все!

— Ты правда поможешь мне все вернуть? — на всякий случай переспрашиваю нового друга. Вдруг передумал, выпалил сгоряча, а теперь идет рядом и жалеет о своем порыве.

— Конечно, — просто отвечает. И я ему верю! Не знаю почему, но верю! — Сегодня же свяжусь со своими юристами, запустим процесс.

Если все получится, точнее, когда все получится, я верну ему все — все траты, оплачу расходы! — обещаю себе.

Поездка сюда, в «Северное сияние» уже не кажется ссылкой, наоборот, приобретает краски, в груди зарождается предчувствие чуда. Как в детстве. У меня уже даже подарки есть — Артем со своей командой, случайно найденное папино завещание и, кажется, это еще не все.

Папа! — обращаю взгляд на небо. — Я знаю, это все ты! Спасибо тебе!

Входим в «космический корабль». Он внутри сверкает еще ярче, чем утром. Подготовка к празднику идет полным ходом.

Смущаясь своего заплаканного лица и запыленной одежды, иду за Артемом, низко склонив голову. Что подумают обо мне его подчиненные? Свалилась на его голову какая — то проблемная замарашка. А у него так — то Валерия есть. Которую где — то не видно, но наверняка ей доложат, что Артем все свое время проводит со мной.

— Артем, — даже про себя язык не поворачивается теперь называть его Морозом, ведь этот мужчина открылся мне совсем с другой стороны. И я совсем не лукавила, когда назвала его добрым и чутким, — мне показалось сначала, что я тебе не понравилась.

— Тебе не показалось, — усмехается по — доброму.

— Это из — за трансформатора и погибшего сервера? Я все возмещу.

Я и так должна по уши, надо восстановить равновесие и очистить совесть.

— Сервера? — он как будто не помнит мой косяк. — А, забудь, — взмахивает он рукой. — Он нерабочий.

— Серьезно?! — возмущенно распахивается мой рот.

Но Морозов ловко уходит от ответа, переключившись на горничную. Дает ей указание, чтобы принесли еду на двоих в его номер.

В его!

На двоих!

Он же не со мной собрался обедать, я надеюсь.

— Я не помню, какой номер мой, — жалобно свожу брови, идя по длинному коридору. Все двери одинаковые!

— Вот он, — Артем останавливается возле одной из них. — Жду тебя через полчаса у себя.

— А — а…

— Мой номер тут, — показывает на дверь напротив моей! — Да — да, мы соседи, — играет бровями.

У него очень красивая улыбка. И сам он… очень даже.

У него Валерия! — напоминаю себе. — И маленькая девочка! Дочка.

— А твоя жена не будет против, что ты… мы…