Книга Никто не узнает, страница 128 – Татьяна Никандрова

— Пошли к тебе, — Богдан закидывает вторую мою ногу к себе на спину и прямо в таком положении направляется в сторону моей квартиры.

Вишу на нем, как счастливая обезьянка, на ходу подставляя шею его обжигающим поцелуям. В несколько шагов Богдан пересекает коридор и, остановившись у нужной двери, требует ключи. Удивительно — он никогда у меня не был, но точно знает, куда идти. Неужели специально пробивал?

В квартиру мы вваливаемся ураганным вихрем — быстро, не включая света и ударяясь о мебель, на которую Богдан то и дело налетает в торопливых попытках избавить меня от одежды. Неосторожно задевая ногтями кожу, расстегиваю его рубашку, а он тем временем сражается с запутавшимися лямками моего платья — они переплелись и никак не хотят сползать с плеч.

— Рви, — на выдохе бросаю я, непослушными пальцами хватаясь за пряжу его ремня. Быстрее, быстрее — надо избавить наши тела от ненужной ткани.

Не отрывая от меня затуманенного похотью взора, Богдан дергает посильнее, и тонкая ткань послушно трещит по швам. Вот и все — теперь на мне одни лишь стринги. Туфли я скинула у самого порога.

Сглотнув от нетерпения, дергаю вниз молнию ширинки, и классические брюки соскальзывают вниз по натренированным ногам парня. Он отшвыривает их в сторону и вновь приникает ко мне своим раскаленным телом. Целует, лижет, имитирует тазом до предела возбуждающие толчки.

— Какая же ты невероятная, — его шепот плавленой карамелью заливается мне в уши, а следом туда ныряет и его язык. — Как можно быть такой идеальной, такой потрясающей Карин?

— Я не идеальна, и ты это знаешь, — бессознательно отзываюсь я, запуская руку в его боксеры и закрывая глаза от наслаждения. — Во мне столько изъянов, Богдан, столько изъянов…

— И не один из них я не хотел бы исправить, — отзывается он, опускаясь передо мной на колени и скользя губами вниз по моему животу.

Изо рта вырывается пошлый, пропитанный экстазом стон, а руки сами зарываются Богдану в волосы. То, что он прямо сейчас вытворят, — это запредельно, на грани добра и зла, слишком хорошо, чтобы быть правдой. Глаза закатываются сами собой, ноги еле держат, а сердце, обрываясь с петель, летит куда-то в бездну.

Оргазм наступает слишком быстро. Я даже пробую его немного оттянуть, но ничего не получается. Я так истосковалась по Богдану, что тело готово фонтанировать эйфорией от одних только прикосновений его умелых пальцев и языка. Меня трясет так, что зуб на зуб не попадает, будто я замерзла, будто мне очень холодно…

Но на самом деле это не так. На самом деле я искрюсь и полыхаю. Во мне сейчас столько эмоций, что облечь их в слова просто невозможно. Что бы я ни сказала, в какой бы остроте чувств не призналась — это будет звучать плоско и блекло. Недостаточно для того, чтобы отразить то звенящее состояние счастья, которое наполняет меня на молекулярном уровне.

Обмякнув и напрочь потеряв ориентацию в пространстве, я сползаю по стене и тут же оказываюсь подхваченной сильными руками Богдана. Он опрокидывает меня на спину, а сам набрасывается сверху. В итоге мы все-таки оказываемся на полу, но не на подъездном, а на моем — теплом и чистом, что уже само по себе достижение, учитывая зашкаливающий уровень нашей страсти.

Грудную клетку больно сдавливает под тяжестью молодого крепкого тела, а дыхание становится прерывистым из-за отчаянных поцелуев, которыми Богдан то и дело затыкает мой рот. Глубоко и призывно прогибаю спину, и парень наконец подается бедрами вперед. Вскрикнув, широко распахиваю глаза и с его именем на устах принимаю в себя мощный, амплитудный толчок.