Книга Бунтари не попадают в рай, страница 175 – Татьяна Никандрова

Смотрю на Стеллу, по-кошачьи трущуюся щекой об мою руку, и в памяти тотчас всплывают картинки из прошлого: бакены Пушкина, которые я созерцал в яростном одиночестве, ее надменный холодный взгляд, моя безответная тяга к ее губам, лишающая рассудка. Сколько раз она меня отшивала, сколько раз отказывала… А я все терпел, проглатывал обиду и как танк пер. Потому что знал – другой такой мне не найти. Другую я так не полюблю.

Притягиваю Стеллу ближе к себе и, пробежавшись языком по трепещущей жилке на ее шее, зарываюсь носом в шелковистые волосы. Закрываю глаза и растворяюсь в моменте.

За окном расцветает озорное лето, из динамика ноутбука доносятся задорные напевы Кравца, призывающего обнулять прошлое, а в моих объятия мурлычет до дрожи любимая девушка.

Что еще мне нужно для счастья? Ничего. Я на абсолютном пике.

Глава 80

Ася

Праздничные шары, рвущаяся из колонок веселая музыка, всеобщая суета и взрывной смех – выпускной набирает обороты, и нарядный зал ресторана постепенно заполняется людьми. Тут и там мелькают ярко одетые одногруппники и преподаватели, а официанты в бабочках носятся меж столов, разнося еду и напитки.

Нервно разглаживаю золотистый подол своего платья и поправляю сумочку на плече. Сегодня я потратила на сборы почти весь день: долго мылась в душе, укладывала волосы, практиковалась в искусстве макияжа. Обычно я совсем не крашусь, поэтому щеточка туши в моих руках ощущалась как граната с сорванной чекой: я все боялась ненароком ткнуть себе в глаз и повредить зрение. Но, слава богу, обошлось. Глаза благополучно накрашены, и взгляд сделался куда более выразительным.

Некоторые мои однокурсники, увлеченно переговариваясь, уже рассаживаются за столы, но я отчего-то медлю. Все топчусь на месте в ожидании чего-то. Или кого-то.

Вообще-то я не из тех, кто все время нуждается в компании, но сегодня по какой-то неведомой причине мне отчаянно не хочется быть одной. Выпускной как-никак. Завершение пускай нелегкого, но все же значимого этапа моей жизни.

В дверях ресторана показывается Егор Янковский, и я, как-то резко встрепенувшись, будто меня дернуло током, машу ему рукой. И самое приятное, что при виде меня лицо парня тоже озаряется широкой приветливой улыбкой. Он рад меня видеть. В этом можно не сомневаться.

— Ну здравствуй, Ася, – Янковский останавливается неподалеку и пробегается по мне внимательным оценивающим взглядом. – Выглядишь чудесно.

— Привет! Спасибо большое, ты тоже, – смущаясь, отзываюсь я.

Егор, как всегда, одет с иголочки: кипенно-белая рубашка, галстук и темно-синий костюм, который невероятно ему идет. Я не разбираюсь в мужской одежде, но даже невооруженному взгляду заметно, что прикид парня стоит баснословных денег, и это, безусловно, выделяет его из толпы.

Поймите правильно, остальные мальчишки тоже выглядят прекрасно, но вот таким поистине аристократическим шиком похвастаться не могут. И тут дело не только в дорогом костюме – в осанке, в развороте плеч, в манере двигаться, во взгляде. Должно быть, у Егора это в крови. Он невероятно статный, даже когда одет в рваные джинсы и футболку.

— Знаешь, кого ты мне напоминаешь? – говорит он, продолжая меня рассматривать.

— Кого? – затаив дыхание, лепечу я.

— Диснеевскую Белоснежку, – огорошивает парень.