Книга Дорогое удовольствие, страница 33 – Татьяна Никандрова

— Слабые стороны?

— Что? – от неожиданности его вопроса я легонько подпрыгиваю на стуле.

— Какие у тебя слабые стороны, Камила? – почти по слогам проговаривает Антон.

— Э…

— Живее.

— Иногда я бываю чересчур импульсивной, – ощущая себя, как на допросе, выпаливаю я. – А еще… Еще я ем печенье у компьютера, и крошки часто забиваются в клавиатуру. Но это некритично! Я умею их эффективно вытряхивать…

Боже, что я несу? Какие крошки?! Остановись, Камила!

Брови Антона опять устремляются вверх, но от саркастичного комментария он воздерживается:

— Продолжай.

— Порой мне сложно говорить людям «нет», но я над этим работаю, – честно признаюсь я. – Ну… И на этом, пожалуй, все. В остальном я идеальна.

На последней фразе обнажаю зубы в широкой очаровательной улыбке, припоминая самый последний совет Натальи. Пеплов любит солнечных людей, поэтому рядом с ним я постараюсь источать как можно больше света.

И хотя на мою улыбку парень не отвечает, его лицо кажется мне менее суровым, чем обычно. На секунду на нем даже мелькает выражение благодушия, которое правда тотчас сменяется привычной маской непроницаемости. Неужели мне удалось позабавить мистера «эмоции для слабаков»?

— С Наташей познакомилась? – огорошивает меня очередным непредсказуемым вопросом Пеплов.

— Да, – киваю я.

— Что узнала?

— В смысле?

— В смысле что ты узнала, пообщавшись с Наташей? – похоже, когда Антону приходится отвечать на вопросы, которые, по его мнению, можно причислить к разряду тупых, он замедляет темп речи и цедит каждое слово.

— Что вы с ней бывшие одноклассники, – мысленно пообещав себе исключить из лексикона фразу «в смысле», отвечаю я. – И что раньше у тебя был магазин запчастей для машин.

— Он и сейчас есть, – поправляет Пеплов. – И в офисе ко мне на «вы».

Эта его ремарка «в офисе» привлекает мое особое внимание. Значит ли она, что мы с ним будем видеться «вне офиса» и тогда я смогу обращаться к нему на «ты»?

— Хорошо, – решив отложить этот вопрос на потом, отзываюсь я.

— Кофе сделай, – откладывая папку с моими данными в сторону, велит он.

То, как лихо Антон меняет направления нашего диалога, вызывает серьезные перебои в работе моего мозга, однако, собрав волю в кулак, я удерживаю себя от очередного «что?» и вежливо интересуюсь:

— А вы какой предпочитаете?

— Черный, без сахара.

Поднимаюсь со стула и принимаюсь шарить взглядом по кабинету.

— Кофемашина в приемной, – подсказывает Пеплов, и я, звонко цокая каблуками, выхожу из кабинета.

— Кофе сказал приготовить, – понижая голос до шепота, говорю я вопросительно глядящей на меня Наталье.

— Это хороший знак, – усмехается она, вместе со мной приближаясь к мудреного вида кофемашине.

Поставив в аппарат небольшую белую чашку, блондинка нажимает череду кнопок, которую я изо всех сил стараюсь запомнить, и параллельно меня инструктирует:

— Кофе он пьет только горячим. Если по какой-то причине не удалось подать напиток в первые полторы минуты после приготовления, выливай и делай новый.

— Правда? – меня сильно удивляет такая щепетильность.

— Да, знаю, звучит странно, но у него таких заскоков немного, – посмеивается Наталья. – Вот, держи.

Поставив чашку на блюдце, она протягивает ее мне, и я, поблагодарив отзывчивую девушку, возвращаюсь в кабинет Пеплова. Хозяин, как я предполагала, никак не реагирует на мое появление, не отрывая глаз от монитора ноутбука.