Книга Слабо не влюбиться?, страница 124 – Татьяна Никандрова

Затем его мрачный взгляд дергается к Феду, который невозмутимо попивает чай. Надо отдать ему должное — из нас троих Осипов держится лучше всех.

— Вот сюда садись, — указываю Артёму на стул с противоположного края стола. — Лимон в чай добавить?

— Угу, — безразлично бросает Соколов, продолжая гипнотизировать Феда.

Ставлю перед ним чашку и плюхаюсь на свободный стул. Обстановка, мягко говоря, неуютная. Хочется обнять себя руками и поежиться. И температура в комнате здесь не при чем.

— Ну, как дела? Как первые дни на гражданке? — Осипов предпринимает попытку завязать светскую беседу, за которую я ему очень благодарна.

— Как мои дела? — с недобрым прищуром переспрашивает Соколов. — Твоими молитвами, пацан, я теперь не у дел.

Что, блин?!

Давлюсь чаем, который не вовремя хлебнула, и громко закашливаюсь. Пока я прочищаю горло, Фед сочувственно похлопывает меня по спине, а Артём глядит на нас с такой ненавистью, будто мы враги народа, не меньше.

— Что думаешь делать дальше? Работать или учиться? — Осипов делает вид, что не заметил шпильки в свой адрес.

— Для начала думаю подраться. Как тебе идея? — продолжает паясничать этот наглец.

— Тёма, перестань! — едва нормализовав дыхание, восклицаю я. — Что на тебя нашло?

— А что, я недостаточно вежлив? — он наигранно округляет глаза. — Простите мои манеры. Не все здесь окончили школу благородных джентельменов.

Его голос сочится едким сарказмом, а к моему лицу приливает обжигающий жар. Будто в меня кипятком плеснули.

— Прекрати немедленно, — до боли в пальцах стискиваю чайную ложечку. — Ты ведешь себя вызывающе!

Я не знаю, каких чувств во мне больше: то ли стыда перед Федом, то ли злости на Соколова.

— Извини, что порчу тебе такой классный день с пирогами и пионами! — ядовито бросает Соколов. — Я, пожалуй, пойду.

С этими словами он рывком поднимается с места и ураганом уносится в прихожую.

Кидаю виноватый взгляд на Осипова, и он понимающе кивает, дескать, не бери в голову, я не в обиде. Вот, что значит — адекватная взрослая реакция!

Раздраженно отшвыриваю в сторону кухонное полотенце и покидаю кухню вслед за Соколовым. Внутри у меня все кипит и булькает от негодования. Что за спектакль он тут устроил?! Невоспитанный, дерзкий мальчишка!

Нет, я, конечно, все понимаю, Артёму сейчас непросто. Любимая девушка изменила, друг предал. Такого и врагу не пожелаешь. Но при чем тут, черт подери, я? Какого лешего Соколов возомнил себя бешеным Отелло и кидается на ни в чем не повинного Феда?

— Что это было? — шиплю я сквозь стиснутые зубы.

Артём уже надел пальто и теперь торопливо просовывает ноги в кроссовки. Судя по его нарочито равнодушному виду, мой вопрос он решил оставить без ответа.

Прекрасно! Теперь этот нахал решил притвориться глухим!

— Я спросила, что это было? — цежу я, повышая голос.

— Ничего. Забей, — бросает через плечо, открывая дверь. — Развлекайся со своим интеллигентным мальчиком.

Это его «развлекайся», сказанное максимально пренебрежительным тоном, становится последней каплей в чаше моего терпения. Я чувствую, что бомба замедленного действия, которая уже долго тикала у меня в груди, наконец разрывается. Внутренности съеживаются под натиском ударных, испепеляющих волн, а кровь в венах превращается в раскаленную лаву.