Книга Измена. Неправильная сказка, страница 55 – Любовь Попова, Елена Гром

— Психолог говоришь? Как его имя?

— Ты не переживай, мы вместе сходим к нему. Нужно проработать немало твоих проблем.

— То что я себе дрочил при тебе, — кажется, мы оба на грани того, чтобы рассмеяться, но я качаю головой, выстреливая ему в голову

— В первую очередь анальный секс. Психотерапевт говорит, что его любят только латентные геи. Кстати, по этой же причине ты предал меня. Ты сознательно хотел найти себе мужчина, поэтому так легко меня предал…

— Остановись, — дергает он меня сильнее, чем нужно. — Боюсь спрашивать, что ты еще ему про нас рассказывала.

— Ты забыл, где я лежала? Я рассказала самые откровенные детали нашего секса. Ты против, милый?

— Нет, всегда мечтал с психиатром обсудить свои сексуальные предпочтения, — рявкает он и толкает меня на заднее сидение Мерседеса, который очевидно давно ждет нас здесь. Там я просто ложусь, делая вид, что сплю. Пусть относит домой мое тяжелое тело. Даже интересно, надолго ли его хватит.

* * *

Костя

Я знаю женщин. Каждая из них для меня как открытая книга. Аня, как бы ей не хотелось иначе, не отличается от остальных. Ее эмоции яркими красками написаны на ее лице. Ее тело лучший путеводитель в ее голову. Обычно так. Но сейчас я не могу понять, в чем дело. Так быстро согласилась сесть со мной в машину?

После того, как застала с другой, пусть и в лайтовом варианте.

Так просто дает себя трогать. Башка разрывается от желания узнать, что там она себе придумала и что творит.

Желание воспользоваться случаем просто невыносимое. И дело не в долгом воздержании, просто я хочу именно Аню. Отзывчивую, на все готовую, способную сделать секс настоящим праздником, умеющей возбудить в любой одежде. Весь этот ее лоск конечно хорош, но по сути лишь горькая, яркая корочка, под которой находится моя сладкая девочка. В любой одежде, в любой форме, с любой прической.

Усмешка трогает губы, когда я вспоминаю сколько усилий нужно было Инне, чтобы завести меня. Да и любой, за эти годы, если разобраться. И только Ане не нужно ровным счетом ничего. Одна мысль о ней всегда вызывала стабильный зуд в яйцах, на грани одержимости.

Даже сейчас спящая, пьяная, облившая меня сладким дерьмом, все равно бьет по нервам острой как нож похотью.

Пока едем в такси, рука сама тянется к ее волосам. Пальцы скользят сквозь мягкие светлые волны. Задевают горячую кожу щеки.

Вижу подергивание ресниц, значит не спит.

Губы приоткрываются, а я касаюсь их кончиками. Мягкие, словно воздушный зефир, который она так любит. Помню, как любил ее целовать всю измазанную.

Она кричала, что ей нужно помыться, а мне было плевать, я просто хотел окунуться в нее. И сейчас хочу.

Из головы вылетают любые доводы разуму, просто хочется прижаться к этим розовым половинкам рта и вдохнуть пьянящий аромат ее дыхания, который и так кружит голову. Наклоняюсь и хочу прикоснуться, но она словно нарочно отворачивает голову к ширинке. Блядь, терпеть нереально.

Член долбиться в молнию, и она тому причина.

Я накрываю ее затылок и просто прижимаю носом к ткани брюк. Всего пару секунд, а фантазия уже сама дорисует картинки прошлого, как Анюта нетерпеливо расстёгивала брюки, брала уже твердый член в рот, сладко причмокивая, словно получала самое вкусное лакомство в своей жизни. Сука, сдохну, но верну себе мою девочку.