Книга Попробуй сбежать, страница 213 – Виктория Рогозина

— Мы… куда едем?

Голос прозвучал тише, чем она хотела. Давид не сразу ответил. Сменил полосу, мельком глянул в зеркало и только потом сказал ровно:

— Туда, где твоя память точно начнёт возвращаться.

Он не уточнил. И это почему-то не напугало — скорее зацепило. Несколько минут они ехали молча. Ванесса ловила себя на том, что изучает его профиль: линию челюсти, спокойствие в движениях, привычку чуть сжимать пальцы, когда он сосредоточен. Это было странно… и слишком знакомо. Она вдохнула глубже.

— Могу задать вопрос? — Пауза. — Возможно, он будет нетактичным и…

— Спрашивай, — спокойно перебил Давид, не отрывая взгляда от дороги.

Она чуть прикусила губу.

— Мне… слабо верится, что мы женаты, — она говорила медленно, подбирая слова. — У меня не было при себе кольца. Ни фотографий, ни ощущений, ни… ничего. И вообще — пусто. А вот Мириэн…

Она нахмурилась, будто прислушиваясь к себе.

— Её я как будто помню. И она мне не нравится. Совсем.

Давид коротко усмехнулся. Не зло — скорее устало.

— Ты и раньше к ней ревновала. Это даже мило.

Ванесса резко повернула голову.

— Ревновала?

— Угу. Хотя повода не было, — он наконец посмотрел на неё. Взгляд был прямым, спокойным. — Мириэн — это история до тебя. Задолго.

Она отвернулась, уставилась на отражение огней в стекле. Внутри будто что-то дрогнуло. Как тонкая трещина по льду. И вдруг — вспышка. Голос. Высокий барный стул, мороженое... Слова, произнесённые без эмоций. Мужской голос, ровный, расчётливый: «Тогда не верь. Не сейчас. Не мне. Не словам. Просто смотри. Я никуда не тороплю».

Ванесса резко вдохнула.

— Договорной брак?! — вырвалось у неё вслух. Она сама не поняла, откуда это взялось. — Что… что это значит?

Давид не затормозил, не удивился. Лишь чуть крепче сжал руль.

— Изначально планировался договорной брак между мной и Мириэн, — сказал он спокойно, как о чём-то давно решённом. — Клановые договорённости. Политика. Но когда я встал во главе клана, эти договорённости потеряли актуальность.

Он снова посмотрел на дорогу. А Ванесса сидела, сжав пальцы на коленях, и понимала только одно: память действительно начинала возвращаться. И правда, которую она принесёт, вряд ли будет простой.

Внедорожник резко прибавил ход. Не рывком — уверенно, хищно, как зверь, почуявший свободу. Ванесса сначала не придала значения, но стрелка спидометра ползла вверх слишком быстро, и внутри что-то неприятно сжалось.

— Давид… — она сглотнула. — Ты… ты разгоняешься.

Он молчал. Машина вышла за город, огни редели, дорога темнела, и скорость уже не просто ощущалась — она давила на грудь. Ванесса вцепилась пальцами в сиденье, дыхание стало рваным.

— Сбрось скорость, — хрипло попросила она.

Вместо ответа Давид положил вторую руку на руль. И ускорился. Ванесса вскрикнула, но звук утонул в реве мотора. Трасса летела навстречу, фары выхватывали из темноты асфальт, обочины, редкие знаки. Сердце билось так, будто пыталось вырваться.

— Давид, остановись! — уже почти сорвалась она. Он не ответил.

Дорога свернула на старую, заброшенную трассу. Ванесса почувствовала, как страх накрывает с головой: ладони вспотели, в горле встал ком, в глазах защипало. Машину чуть повело — и она закричала. Но вместо удара — идеальный вход в поворот.

Внедорожник лёг на дугу так плавно, будто асфальт был продолжением руля. Ещё поворот. Ещё. Скорость, вместо того чтобы пугать, начала… менять ощущение. Страх вдруг отступил. Его вытеснило что-то острое, горячее, пульсирующее. Адреналин ударил в кровь, мысли спутались, тело стало лёгким, почти невесомым. Сердце билось быстро, но уже не от ужаса. Губы приоткрылись, дыхание стало глубже.