Книга Хроники Ведомства наказаний, страница 20 – Тай Хоу

— Глава Юнь, долго мы будем тут землю топтать? Кажется, нас совсем не ждали… – испуганно сказал Чжи Хань, оглядываясь по сторонам. Люди выглядывали из окон, осторожно приподнимая края промасленной бумаги и напряженно наблюдая за незваными гостями. Их взгляды были настороженными, а некоторые прятались за гнилыми заборами, которые скорее создавали видимость защиты, чем реально могли кого-то уберечь.

— А если бы кто-то из них пришел к порогу Ведомства, ты был бы рад? – поинтересовался Юнь Шэнли, не отрывая взгляда от заместителя.

— Не знаю… Не думаю, что правильно сравнивать нас с ними…

Сунь Юань не выдержал такого пренебрежения к простым людям:

— Заместитель Чжи, откуда только в вас столько высокомерия?!

Чжи Хань не стесняясь окинул главу Ведомства надменным вглядом:

— Позаимствовал у одного из нас…

Юнь Шэнли зыркнул на заместителя так, что тот испуганно поперхнулся и мигом замолчал. Правда, долго тишина не продлилась, потому что спустя всего несколько минут чиновник снова принялся жаловаться:

— Глава, давайте уже узнаем хоть что-нибудь! – Чжи Хань нетерпеливо взмахнул руками, заметив мужчину, проходившего мимо. Его штаны были заляпаны грязью, а выражение лица казалось крайне недружелюбным. Чжи Хань попытался подойти поближе. – Эй, ты…

Но стоило ему заговорить, как мужчина лишь скользнул по чиновнику неприятным злым взглядом и гаркнул:

— Чего рот раззявил? Гляди, муха залетит!

Чжи Хань так и замер с приоткрытым от удивления ртом.

— Ты совсем не умеешь выбирать время для допросов, – с усмешкой заключил Юнь Шэнли.

Чжи Хань обиженно фыркнул.

Вдали, у одного из домов, глава Ведомства заметил нескольких старушек, сидящих на самодельных табуретках и плетущих корзины для продажи. Их седые волосы и морщинистые лица выглядели жалко и бедно, как и все вокруг.

Вместе со спутниками Юнь Шэнли подошел к женщинам, не забывая при этом широко, добродушно улыбаться. Улыбка – мощное оружие, которое позволяет быстро расположить окружающих к себе, особенно если дело касается простых людей.

— Госпожи, позволите вас побеспокоить?

Старушки сразу отвлеклись от своих разговоров, удивленно поднимая головы. Госпожи? Их так никто и никогда не называл! Они были стары, жили в нищенском квартале, где люди и слов таких не знали.

— Мы тут с друзьями ищем работенку, – продолжил Юнь Шэнли, склонив голову, как будто ему и впрямь было стыдно. – Мать моя недовольна, что я не приношу денег домой. Не знаете, где можно подработать? Мы умеем все: дров наколем, можем утку зарубить, рыбу засолим…

Одна из старушек, щелкая тыквенные семечки, лениво плюнула шелуху им под ноги.

— Иди мешки в порту таскай! Лентяй! – фыркнула она. – Правильно мамка ругает. У меня сын, вон, в кости все деньги проигрывает. Вы небось такие же! Никакой пользы от вас, дармоедов!

Сунь Юань неловко кашлянул, стараясь не смеяться. Бедный глава Ведомства получил, да ни за что. Юнь Шэнли смиренно поправил полы простого халата и склонил голову еще ниже.

— Все верно, – печально признал он. – Сын я плохой, мамка обо мне заботится, а я лишь балду гоняю…

Старушки добродушно хохотнули, все еще не понимая: чего эти мальчишки тут ошиваются? Лица бледные, почти ухоженные, без изъянов, сами молодые, высокие… Им бы впору благородным господам прислуживать!