Книга Проклятие Золотого города, страница 46 – Тай Хоу

— Почему ты не рассказал мне о чужих угрозах? – раньше Юнь Шэнли никогда не сталкивался с ситуацией, в которой убийства животных превратились бы в проблему, стоящую внимания Ведомства наказаний, но сейчас подобный кошмар разворачивался прямо у него на глазах, и хуже всего было то, что происходящее в столице имело прямое отношение к Яо Линю… – Твоя жизнь может быть в опасности, нет, она уже в опасности, потому что сегодня тебя чуть не убили. Или ты хотел сам с этим справиться, м?

Яо Линь прекратил наносить мазь.

— Верно. Почему я должен был тебе что-то сообщать? Отпусти руку, я сменю повязку.

Юнь Шэнли пришлось отпустить его и продолжить злиться, ругаясь про себя.

Яо Линь взял со стола чистую ткань и начал перебинтовывать рану, стараясь не задеть поврежденное место. Движения его были неловкими, но действовал он со всей возможной аккуратностью.

— Повернись! – приказал Яо Линь, и Юнь Шэнли подчинился.

Его одеяние почти сползло с плеч, и стала видна сильная грудь с редкими блеклыми шрамами. Тело Юнь Шэнли было крепким, но мало походило на фигуру какого-нибудь генерала или простого солдата, поскольку мышцы под кожей выделялись куда слабее и бледная ухоженная кожа ярче, чем что-либо, говорила о непростом происхождении. Но даже так глава Юнь был физически силен, он занял свой пост не за красивые глаза – многие годы ему пришлось обучаться в столице, работать с разными чиновниками и отправляться на опасные задания, где ранений и травм было не избежать.

Но если приглядеться, то можно было заметить, что некоторые шрамы на груди выглядели как следы от куда более страшных ран, чем та, которую оставила после себя позолоченная стрела, но ведь и они зажили. Кто знает, может, для этого пса из семьи Юнь любое физическое увечье – пустяк…

На изгибе шеи виднелся след от старого укуса. Яо Линь, прекрасно осведомленный о его происхождении, мстительно улыбнулся и понял вдруг, что задумался слишком глубоко о своей недавней победе.

Откашлявшись и изо всех сил делая вид, что ничего не случилось, Яо Линь продолжил работать руками, но уже спустя пару витков решил проверить, не заметил ли его взгляда Юнь Шэнли. Закончив перевязку, хозяин «Белого Журавля» аккуратно посмотрел на главу и тут же столкнулся с чужим взглядом улыбающихся глаз. Похоже, Юнь Шэнли с ехидством наблюдал за ним все это время.

— Что? Неужели завидуешь мне?

Яо Линь закатил глаза. Со злости он ущипнул Юнь Шэнли за место совсем рядом с раной, в ответ услышав громкий вскрик и всхлип.

— Линь-Линь…

Яо Линь фыркнул и отдернул свои руки, словно дотронулся до чего-то неприятного.

— Хватит строить из себя неженку. Кто будет завидовать ранам на чужом теле?!

В Юнь Шэнли снова проснулась его привычная упертость. Несмотря на бледность и сильную боль, он по-прежнему излучал самоуверенность и ждал ответа.

Чтобы окончательно не потерять лицо, Яо Линь решил поддеть Юнь Шэнли:

— У твоих собратьев на подпольной арене фигуры были намного лучше. Знаешь, почему тогда все разбежались? Они просто не смогли смотреть на тебя, такого жалкого и худощавого…

Не успел он закончить, как Юнь Шэнли встал. Упоминание арены было для него больным местом, будто грязное пятно, клеймо на его и без того не слишком чистой репутации. И не только на репутации… Запястье, помеченное госпожой Иньхань, то и дело напоминало о событиях прошлого неприятным покалыванием. Сказанное Яо Линем было не более чем невинной шуткой, но ударила она по больному.