Книга Волчья ягода, страница 5 – Екатерина Мордвинцева

Я кивнула, хотя в голове кипело возмущение.

— Почему? Что я такого сделала?

— Вопросы не принимаются, — отрезал он. — Просто запомните: если вы приблизитесь ко мне снова, я не отвечаю за последствия. Не для вас. Для себя.

Он взял папку и вышел, не дожидаясь ответа.

А я осталась сидеть на скамейке, сжимая планшет, и чувствовала, как по позвоночнику ползёт холодок.

Что за человек требует держаться на расстоянии? Или… не совсем человек?

И почему, несмотря на весь его ледяной тон, я вдруг отчётливо поняла, что хочу нарушить все его запреты?

Не подходи ко мне.

Слишком поздно, Вадим Андреевич.

Я уже не могу остановиться.

Я ненавижу первое сентября.

Не в пафосном смысле «прощай, лето», нет. Просто это день, когда рушатся все иллюзии. Летом ты можешь притворяться, что живёшь в кино: длинные вечера, шашлыки на балконе общежития, ночные разговоры с Алиной про мальчиков, которых мы никогда не позовём на свидание. А первого сентября возвращается реальность. Толчок в семь утра. Душ на двадцать человек. Очередь за кипятком, где какая-то первокурсница с пакетом доширака смотрит на тебя испуганным зайцем.

И расписание. Вот что я ненавижу больше всего. Потому что расписание — это приговор.

В этом году судьба решила надо мной посмеяться.

— Вика! — Алина ворвалась в комнату без стука, как всегда. Рыжие кудри торчат во все стороны, в руке — телефон, на экране — фотография какого-то парня. — Ты только посмотри, кто вернулся из армии! Помнишь, с параллельного потока, тот блондин с веснушками?

— Не помню, — буркнула я, натягивая джинсы. — Что с расписанием? У нас первая пара — предмет чей?

— Да плевать на предмет! У него бицепс как моя голова!

— Алина. — Я повернулась к ней с расчёской в руке. — Сосредоточься. Нам четвёртый семестр. Если мы завалим спецкурс, прощай стипендия. А стипендия — это единственная возможность есть не только дошик.

Она закатила глаза, но послушно открыла расписание на телефоне.

— Первая пара — «Аномальная психология восприятия». Аудитория 317. Ведёт… — Она на секунду замолчала и присвистнула. — Фролов Вадим Андреевич. Вика, это тот хмырь, который вчера тебя подловил?

Я не ответила. Вчера. Первое занятие было вчера? Нет, кажется, по расписанию этот предмет по понедельникам и средам. Вчера было воскресенье. Я ничего не путаю. Просто та встреча в аудитории после лекции… она была не вчера. Она была сегодня? Или завтра? Голова шла кругом.

— Вика, — Алина помахала рукой перед моим лицом. — Ты где?

— Я не знаю его, — соврала я.

— Врёшь. Ты побелела как стена.

Я посмотрела в зеркало. Она была права. Лицо приобрело цвет плохо отстиранной простыни. Под глазами залегли тени — я почти не спала после того разговора в аудитории. После того, как он сказал «не подходи ко мне» и «не приближайся ближе чем на три метра». После того, как я поняла, что этот странный, опасный человек будет вести у нас пары весь семестр.

— Идём, — сказала я, застёгивая ботинки. — Опоздаем — он нас живьём съест.

Алина хихикнула.

— Съест? Ну, он довольно аппетитный, я б даже не против.

— Алина!

— Что? Ты видела его глаза? И скулы? И плечи? Вика, он же красавчик. Злой красавчик — самый интересный вид.

Я ничего не ответила, потому что в глубине души боялась, что Алина права. И этот страх был совсем не академическим.